И мальчику страшно.
Страшно поворачивать за угол, страшно заглядывать в глаза тётушке, страшно от разочарования, сквозящего во взгляде сломленного отца. Страшно испытывать боль. С некоторых пор он – никто, а «никому» нигде нет места.
«Отнеси еду – ты только на это и годен…» – брезгливо бросает тётушка, и мальчик не знает, куда девать глаза. Если он поднимет взгляд на тётушку – она увидит страх, если потупится – она всё равно осознает, что мальчик боится. Но тётушка только фыркает так, что по коже бегут испуганные мурашки, и отворачивается, а мальчик спешит убраться оттуда подальше.
Он знает, куда нести еду.
Подземелья промозглые и сырые, Драко практически чувствует, как влажный воздух продирает путь через его горло к легким, но продолжает спускаться. Странным образом ему вдруг становится… легче? Здесь за каждым углом не таятся ни осуждающий взгляд отца, ни брезгливо поджатые губы тётушки, ни обречённые глаза матери, ни насмешки Пожирателей, ни гнев Тёмного лорда…
А чего ещё он может желать?
Но когда мальчик подходит к двери, ведущей в нужное ему подземелье, он слышит это.
Пение.
Нестройное, не попадающее в ноты.
Два голоса: один - по-старчески хриплый, другой – по-девичьи звонкий.
Драко застывает, не в силах слушать этот признак продолжающейся жизни от людей, которые давно должны были отчаяться. В его душе поднимается зависть – почему, ПОЧЕМУ они, пленники, измученные, изголодавшиеся, столько раз подвергавшиеся пыткам чувствуют себя свободнее, чем он в родном доме?
Почему в их голосах слышится надежда, которую потерял он?!
Мальчик опускает поднос на пол, прижимается к двери и съёживается в комок. Жалость к себе отчаянной волной затапливает его душу, но мальчик ещё не осознает, что нашёл в этом чужом ему месте маленький уголок, где не так страшно, не так тоскливо, не так одиноко. Где ему, продрогшему в согретом заклинаниями доме до самой глубины сердца, вдруг становится чуточку теплее.
***
— Они говорят, что поймали Поттера, — сказала Нарцисса сыну. — Драко, подойди.
Малфой медленно двинулся в сторону троих ребят.
Неужели они действительно поймали Поттера? Но это значит, что… Тёмный Лорд победил… Нет, нет, Поттер не мог попасться.
— Ну, что скажете? — проскрежетал оборотень.
Лицо Поттера раздулось до невероятных размеров. Чёрные волосы доставали до плеч, на подбородке лежала тёмная тень.
— Ну что, Драко? — с жадным интересом спросил Люциус Малфой. — Это он? Это Гарри Поттер?
— Н-не знаю… Не уверен, — ответил Драко.
Он старался держаться как можно дальше от Сивого и явно боялся посмотреть на Гарри, точно также как Гарри боялся посмотреть на него.
— Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! Драко, если мы передадим Поттера в руки Тёмного Лорда, нам всё прос…
— Давайте-ка не будем забывать, кто его поймал на самом деле, а, мистер Малфой? — с угрозой проговорил Фенрир.
— Конечно-конечно! — нетерпеливо отозвался Люциус.
Он сам приблизился к Гарри, так что тот, хоть и заплывшими глазами, во всех подробностях мог разглядеть обычно такое равнодушное бледное лицо. Гарри смотрел из-за раздувшейся маски своего лица, как из-за тюремной решётки.
— Что вы с ним сделали? — спросил Фенрира старший Малфой. — Почему он в таком состоянии?
— Это не мы!
— На мой взгляд, похоже на Жалящее заклинание, — объявил Люциус.
Серые глаза внимательно осмотрели лоб Гарри.
— Здесь что-то виднеется, — прошептал он. — Может быть, и шрам, только туго натянутый… Драко, иди сюда, посмотри как следует! Как ты считаешь?
Теперь лицо Драко тоже оказалось прямо перед Гарри. Они с отцом были удивительно похожи, только старший Малфой был вне себя от волнения, в то время как Драко смотрел на Гарри неохотно и даже, кажется, со страхом.
— Не знаю я, — пробормотал он и отошёл к Нарциссе, стоявшей у камина.
— Мы должны знать наверняка, Люциус! — крикнула она мужу холодным, ясным голосом. — Нужно совершенно точно убедиться, что это Поттер, прежде чем вызывать Тёмного Лорда… Эти люди сказали, что взяли его волшебную палочку, — прибавила она, разглядывая палочку из терновника, — однако она совсем не подходит под описание Олливандера. Если тут ошибка и мы зря побеспокоим Тёмного Лорда… Помнишь, что он сделал с Долоховым и Роулом?
— А грязнокровка? — прорычал Фенрир.
— Постойте, — резким тоном произнесла Нарцисса. — Да! Она была с Поттером в ателье у мадам Малкин! Я видела фотографию в «Пророке»! Смотри, Драко, это Грейнджер?
— Не знаю… Может быть… Вроде да…
— А это — мальчишка Уизли! — вскричал Малфой-старший, остановившись напротив Рона. — Это они, друзья Поттера! Драко, взгляни, это действительно сын Артура Уизли, как его там?..
— Вроде да, — не оборачиваясь, повторил Драко. — Может, и он.
За спиной у Гарри открылась дверь. Послышался женский голос, при звуке которого Гарри окончательно перепугался.
— Что здесь происходит? В чём дело, Цисси?
Беллатриса Лестрейндж медленно обошла пленников кругом и остановилась справа от Гарри, глядя на Гермиону из-под тяжёлых век.
— Это же та самая грязнокровка! — вполголоса проговорила она. — Это Грейнджер?
— Да, да, Грейнджер! — откликнулся Люциус. — А рядом с ней, похоже, Поттер! Поттер и его друзья попались наконец-то!
— Поттер? — взвизгнула Беллатриса и попятилась, чтобы лучше рассмотреть Гарри. — Ты уверен? Так нужно поскорее известить Тёмного Лорда!
Она засучила левый рукав. Гарри увидел выжженную на коже Чёрную Метку и понял, что сейчас Беллатриса коснётся её и вызовет своего обожаемого повелителя…
— Я сам собирался призвать его! — Люциус перехватил запястье Беллатрисы, не давая ей коснуться Метки. — Я вызову его, Белла! Поттера привели в мой дом, и потому моё право…
— Твоё право! — фыркнула Беллатриса, пытаясь вырвать руку. — Ты потерял все права, когда лишился волшебной палочки, Люциус! Как ты смеешь! Не трогай меня!
— Ты здесь ни при чём, не ты поймала мальчишку…
— С вашего разрешения, мистер Малфой, — вмешался Сивый, — Поттера поймали мы, так что нам и получать золото…
— Золото! — расхохоталась Беллатриса, продолжая вырываться и свободной рукой нащупывая в кармане волшебную палочку. — Забирайте своё золото, жалкие стервятники, на что оно мне? Мне дорога милость моего… моего…
Она вдруг застыла, устремив взгляд тёмных глаз на что-то, чего Гарри не мог видеть. Люциус взликовал, выпустил её руку и рванул кверху свой собственный рукав…
— Остановись! — пронзительно крикнула Беллатриса. — Не прикасайся! Если Тёмный Лорд появится сейчас, мы все погибли!
Люциус замер, держа палец над Чёрной Меткой. Беллатриса отошла в сторону и пропала из поля зрения Гарри. Он услышал её голос:
— Что это такое?
— Меч, — буркнул кто-то из егерей.
— Где вы взяли этот меч? — прошипела она, вырвав волшебную палочку из обмякшей руки Фенрира.
— Как ты смеешь? — зарычал он в ответ. Только губами он и мог шевелить, злобно глядя на неё снизу вверх и оскалив острые зубы. — Отпусти меня, женщина!
— Где вы нашли меч? — повторила она, тыча клинок ему в лицо. — Снейп отправил его на хранение в мой сейф в Гринготтс!
— Он был у них в палатке, — прохрипел Фенрир. — Отпусти меня, я сказал!
— Драко, убери отсюда этот сброд, — приказала Беллатриса, указывая на лежащих без сознания людей. — Если самому их прикончить характера не хватает, оставь их во дворе, я потом займусь.
— Не смей так разговаривать с Драко! — вспыхнула Нарцисса, но Беллатриса прикрикнула на неё:
— Помолчи, Цисси! Положение серьёзнее, чем ты думаешь!