В комнату входит Ард, и я знаю, что мое лицо озарилось радостью, когда я его увидела.
– Вы сидите в полутьме? – спрашивает он с улыбкой. – Думаю, мы можем позволить себе жечь свечи! – И он быстро и грациозно проходит по комнате и зажигает одну дорогую свечу за другой, словно он все еще был моим резчиком и находил счастье в услужении своей самой красивой королеве.
Замок Стерлинг,
Шотландия, январь 1515
Рождество не принесло для нас, молодоженов, особой радости. Мы окружены силами герцога Аррана, Джеймса Гамильтона, который сам выбрал меня в жены своему королю, танцевал на моем венчании через посредника и получил свой титул после моей коронации. Теперь мы стали врагами, он взял мой замок в осаду в самый разгар зимы и постоянно терпит неудобства от Олбани, который продолжает отказываться покинуть Францию без гарантий возврата ему дома его предков, его титула и земель.
– Как же они не понимают, что он острижет их, как стадо овец, – обращаюсь я к Арчибальду. В ответ он лишь качает головой. Он играет с Яковом, выстраивая в ряд качающие головой игрушки так, чтобы, опрокинув одну, можно было бы повалить весь ряд. Они старательно выставляют этот ряд снова и снова, пока я сижу за столом и перечитываю невыполнимые требования от лордов, и когда стук падающих игрушек снова отвлекает меня, готова кричать от раздражения.
Раздается звук быстрых шагов, и я слышу короткий обмен репликами возле дверей. Я подскакиваю, потому что сейчас постоянно пребываю в страхе. Если раньше я думала, что объединение с кланом Дуглас даст мне их верность и защиту, то сейчас понимаю, что для меня с этим объединением изменилось лишь то, что я унаследовала их врагов. В комнату входит посланник с целой охапкой писем.
– Просмотришь? – спрашиваю я Арчибальда.
– Если вы этого хотите, – без всякой охоты отвечает он. – Но разве не лучше будет, если вы сделаете это сами? Это же письма от вашего брата. Может, нам с Яковом пойти поиграть в башню, в детскую?
– Ради всего святого, открывай уже их! – не выдерживает угрюмый Джон Драммонд, все это время сидевший в темном углу. Он так долго молчал, что я уже подумала, что он уснул, убаюканный игрой Якова и Арчибальда. – Открывай, и давайте узнаем, какие новости они принесли. Господь свидетель, хуже уже быть не может.
Лорды не должны обращаться к сорегенту подобным образом, но я делаю доброжелательное лицо, согласно киваю и сажусь рядом с Яковом.
– Я поиграю с тобой, пока твой отец прочитает письма, – говорю ему я.
– Нет, – тут же начинает хныкать он и ищет глазами Дэвида Линдси, чтобы тот забрал его отсюда. Я не могу расставить игрушки так, как он хочет, и мальчик продолжает хныкать и просить Арда вернуться и поиграть с ним.
– Вот, посмотри-ка, – говорит Дэвид и показывает мальчику только что вырезанные из дерева кегли и маленький круглый мячик.
– Идите и поиграйте с этим, – нетерпеливо говорю я.
– Святые угодники, – вдруг произносит Арчибальд, читая письма. – Людовик скончался. Ослаб и умер.
– Яд? – уточняет Джон Драммонд.
– Да нет, говорят, от истощения, – отвечает Арчибальд, продолжая внимательно читать, но в его голосе слышны нотки смеха. – По милости своей молодой и красивой жены. Король Англии пишет, что его место займет Франциск I, а он вовсе не настроен к Англии дружелюбно. Ваш брат говорит, что мы не можем позволить Олбани явиться в Шотландию, потому что он просто передаст ключи от севера Англии французам.
Он продолжает медленно читать, хмуря гладкие брови.
– Ваш брат пишет, что он сделает все, что от него зависит, чтобы задержать выезд Олбани, но вам следует отменить решение совета лордов и помешать ему.
– Каким образом? – спокойно спрашиваю я. – Я истратила все золото и драгоценности в этой осаде, у меня нет армии и нет власти. Твои люди уходят каждый день. Мы просто не выдержим.