Уже в кровати я добралась до телефона, быстрее выложить в инстаграм фото, где я одна, и с музыкантами, сижу на брусчатке. Много фоток, очень много фоток.
Я уже проваливалась в сон, но услышала звонок, на экране загорелось Матвей, прежде чем ответить мне пришлось сглотнуть комок в горле. Сердце бешено застучало, внизу живота потеплело. Что ж это такое?
- Да, Матвей.
- Ты где?
- Cплю.
- Где?
- А где бы ты хотел, что бы я спала?
- Адрес можешь сказать?
- Нет, здесь не видно из окна.
- Оставайся там, трубку не клади, буду через пятнадцать минут.
- Матвей, не надо никуда ехать, успокойся.
- Ты выпила? Не клади трубку.
- Я в гостинице.
- В какой? Название знаешь?
- В своей, рядом с Европой, прекращай орать.
Молчание в трубку.
- Видеозвонок сделай.
- Сейчас прям бегу и падаю, ещё в трубочку подышу.
- Куда подышишь?
- Матвей Игоревич, выключите функцию папа, ложитесь спать.
Матвей молчал, видимо пытался успокоиться.
- Я уже час как в постели, блаженствую.
- Одна?
- Матвей Игоревич, мать твою...
Я нажала сброс, повернулась на бок сопя от злости.
Прилетело смс:
- Фото.
Я сфоткала поднятый средний палец, подписала.
- Хам!
- Алёна, через букву Ё, завтра придушу- прилетело смс.
- А как же Алые паруса?
- Тогда повешу на них!
- И салют поможет скрыть тебе все следы моего убийства.
- Завтра поговорим, обед в два.
- Хорошо, позвони в час, раньше я не проснусь.
- Надеюсь, голова к двум пройдёт.
- Я бухаю только с тобой.
- Спи, спокойной ночи.
- И тебе, баиньки.
Я не могла уснуть, всю ночь ворочалась. Голос, в голове звучал его голос. В темноте комнаты я видела его глаза, они смотрели на меня, пронзая насквозь. Что же это за наваждение такое? Мечтать о мужике, годящимся тебе в отцы, кошмар просто какой-то.
Только под утро, когда начало светать я забылась и мне снился Матвей, он обнимал меня и мы танцевали, и звучала мелодия певицы Мари.
- Я обещаю помнить всё, что между нами было...
Но порвалась нить и моя любовь остыла,
Умоляю, не держи, отпусти меня...
Алые паруса
ГЛАВА 3
Четвёртый день.
Я действительно поздно встала, пыталась собрать свои ощущения в кулак. Удавалось плохо, к моменту, когда позвонил Матвей, уже не хотела никуда идти. Но соврать второй раз, что болит голова или что-то подобное, не решилась.
Мы сидели, в каком-то новом ресторане, кроме приветствия когда мы встретились, я не сказала ни слова Матвею.
Наверное моим взглядом можно было проделать дырку не только в скатерти, но и в столе. Размазывая десерт по тарелке, я продолжала его упорно месить, дальше. Медленно и упорно, до состояния манной каши.
- У тебя болит голова?
- Наверно.
- Наверно? Она болит, или не болит.
- Да.
- Что да?
- Да, наверно или болит, или не болит.
- Подними глаза!
- Всё хорошо, Матвей.
- Что случилось?
- Ничего.
Он встал из-за стола и подошел ко мне, задрала голову и посмотрела в его глаза. Подал мне руку предлагая встать, я подчинилась.
Смотреть ему в глаза было пыткой, сладкой и жаркой. В крови, в моем теле загорелся огонь, невыносимого желания огонь, стало трудно дышать. Каждый вдох мне давался с трудом, каждый вдох опалял мне лёгкие, и сжигал их прямо внутри моей груди. Моё тело посылало мне сигналы, требую его прикосновений, и плевать на весь мир вокруг.
- Алёна, что вчера случилось? - Матвей дотронулся до моей щеки.
Я молчала, но продолжала смотреть ему в глаза и где-то внутри меня зарождался крик - прикоснись. И он прикоснулся, убирая со щеки прядь волос мне за ухо, я вздрогнула и задышала тяжело, в его глазах появился лед и огонь. Как будто кто-то вылил на раскаленный металл воду. Они стали пепельно-серые.
- Тебя вчера кто-то обидел?
Я немного отступила от Матвея, любуясь красивым и уверенным в себе мужчиной.
- Да, обидел.
- Что он сделал, девочка?
- Вот, да Матчей Игоревич, что вы сделали? Нахамили, обозвали, чуть ли не ...
Он смотрел на меня не моргая, потом свёл вместе брови, злясь.
- Убью, не дожидаясь салюта.
- Нет, это я убью. Мне чего, сидеть под замком, блин, я всего лишь послушала уличных музыкантов.
- Чего это были за песни? Каждый почему-то лез тебя обнимать? А парни у колонны, прижимающие тебя к себе?
- Да нет, так не пойдёт, Вы пульт, что ли потеряли?
- Какой нахрен пульт, Алёна?
- От режима, папа!
- Завтра по городу будешь ходить с охранником, не хочу потом искать тебя по всем подворотням Питера.
- Чего? Какой охранник, я завтра в монастырь ухожу, туда мужикам нельзя.