- Алёна, это Симона.
- Симона, это Алёна.
- Симона, моя помощница. Сестрёнка, она поможет тебе в гостинице. Затем вы поедите в магазин, не капризничай и слушай Симону. Завтра увидимся.
Он целует меня в висок, и разворачивается к выходу. Я говорю ему в спину:
- Да, чтоб тебя братишка...
Он замирает, резко разворачивается, и я вижу, как улыбка светится на его губах.
- Сестрёнка, ты людей вокруг не кусай, у них нет противоядия.
Я показываю, ему язык.
Он улыбается и машет головой, как бы говоря, что я не выносима.
Cимона ведёт меня в номер, я рассматриваю коридоры. Номер просто шикарен, невероятно большой, мне кажется или...
- Это королевский люкс.
Симона подтверждает мои мысли.
- А понятно здесь, обитали Папа Римский, Елизавета, Мадонна и прочая шушера.
- Шушера? Я не так хорошо знаю русский - Симона.
- Да, не бери в голову, Сима.
- Не брать в голову?
- Так, походу меня ждёт вынос мозга - это я себе.
- Вынос мозга? Это как?
- Cима, это современные русские пословицы. Записывай, потом в инете посмотришь. Я если ты не против в душ, когда мы в магазины?
- У вас час, мадемуазель Алёна на отдых. Затем обед, и далее посетим бутики.
- Хорошо, мне самой спустится или вы зайдёте?
- Зайду.
Мулатка ушла.
Я быстренько приняла душ, переоделась и выскочила из номера. У меня был почти час поглазеть на Париж, без прекрас.
Выход я нашла быстро, у дверей стоял швейцар в форме, такой весь , короче красивый...
Он то и отрыл мне дверь, и я выпорхнула.
Далеко уходить от гостиницы не собиралась, по прямой впереди должна быть площадь и какой-то храм.
Несмело, направляюсь в сторону площади, осматриваюсь по сторонам, пытаюсь запомнить дорогу назад к гостинице. Выйдя на площадь, немного раскрываю рот, смотрю во все глаза, улыбка застывает на губах.
Красиво.
Впечатляет...
Осмотревшись вокруг, замечаю уличных музыкантов, они играют просто музыку, но не поют. Я немного постояла, послышала мелодию. Покрутила головой, занимаясь любимым своим делом, разглядыванием. Смотрела на людей вокруг, на здания красивые.
Подошла ближе к храму, не знаю его название, надпись на табличке мне не понятна, иностранный язык не мой конёк. Но он красивый, какой-то невероятной красотой, нет скорее просто непривычной для меня.
Я смотрю на него, и душе растёт какой-то протест, отторжение.
Смотрю на его вычурность, обилие отделки. Как будто сюда навесили все возможные облицовки, тиснения и декоры, напоминает человека надевшего на себя сразу всё платье, юбку, сарафан, брюки, рубашку, шубу, пальто и ещё полно всякой одежды.
По мне так это, какое-то архитектурное уродство, почему этим восхищаются? Почему говорят увидеть Париж и умереть? Мне совсем не хочется умирать.
В голове выплывает образ церкви Покрова на Нерли, величественная, белокаменная, парящая...
Я бы за неё умерла...
Нет, наверно я дурная, но мне она кажется самой красивой, самой родной...
Кручу головой, пора уходить или меня потеряют, направляюсь по улице к гостинице. Иду уже минут двадцать, понимаю, что слишком долго. Нужно заглянуть в карту на телефоне, достаю его из маленькой сумочки и смотрю на экран, темнота.
Он за время поездки и перелёта разрядился, накрывает паника, присаживаюсь на скамейку и пытаюсь отдышаться.
Так, включаю мозг, или хоть, что-то подобное в голове.
Я всего лишь выбрала, не ту улицу.
Возвращаемся назад, к площади.
Так и делаю, но время уходит, и я сильно опаздываю к моменту, когда должна придти мулатка Симона.
На площади выбираю другую улицу, ускоряюсь почти бегу. Не могу опять понять, правильно ли иду.
У меня паника, озираясь по сторонам.
И ... влетаю в парня, молодого, думаю моего возраста или чуть старше.
Он придержал меня за локоть или я бы свалилась.
Он, что-то лепечет по-французски.
Понимаю только слово "пардон"- и то не уверена, какое-то оно кортавое и в нос. Может он больной? Ну, ладно вроде бы это извините, на местном.
- Это вы меня пардон, - лепёчу в ответ.
- Ё, моё. Русская.
- Я не твоё, Ё.
Он лыбится во весь рот.
Я его разглядываю, приятный и высокий, глаза зелёные.
- Как я мог спутать тебя с французской воблой? Во дурак?
- Чего, с какой воблой?
-Откуда вырос этот аленький цветочек на елисейских полях?- он продолжает улыбаться.