- Кузены, вот это и пошло не так...
Ну, хорошо, Матвей. Хорошо, я буду пай-девочкой, девочкой - припевочкой.
Самой тихой и скромной на свете, воспитанницей Института благородных девиц.
Завтракаю и одеваюсь скромно, платье закрывает всё и везде, даже туфли на низком каблуке, в руки шляпку и сумочку, в уши наушники, и мне фиолетово.
В фойе, кивком здороваюсь с охранниками, в наушниках звучит песня "Фиолетово".
Мы так любим танцполы таблетками
Мотыльками на свет фиолетовый
Не забудем с тобой это лето мы
За глаза назовут малолетками.
Доверься на сто, в ладони лайм, соль
В глазах твоих огонь, и я с ума с тобой сошёл
И в ритме стробоскопа под действием сиропа
Под звуки баса мы поломаем ноги.
Стою в фойе, жду, чего там охранники решают. Сама не лезу, я же пай-девочка. Смотрю, замечаю, что-то там на их лицах, изменяется типа, то туча, то солнышко. Короче бегут эмоции, которые они стараются скрыть.
Вдруг из уха вырывают наушник, резко разворачиваюсь, чтоб кого-то отшить.
Но замираю, это Матвей.
-Да, Матвей, слушаю тебя.
- Пойдём.
- Хорошо, - говорю я, может ещё реверанс сделать.
Я иду за Матвеем, к машине, не смотрю на него, хотя замечаю он в джинсах, кроссовках.
В машине, сажусь как можно дальше от него, руки прячу, вцепляясь в сумочку и шляпку. Молчание длится наверное около получаса. Куда мы едим?
Матвей нажал кнопку, как только перегородка закрылась, мои руки всё-таки отрывают от сумки и шляпки. Руки, причём обе в руках братишки. Но я упорно на него не смотрю.
- Алёна, я больше не сержусь, посмотри на меня.
- Спасибо, я рада, - мельком смотрю на него.
- Сейчас полетим в Праванс, посмотришь лавандовые поля, правда уже не такие шикарные, сезон закончился.
- Хорошо, спасибо.
Подъезжаем к аэропорту, достаточно быстро, почти без ожидания проходим в самолёт. Самолёт небольшой, как оказывается он частный.
В самолёте сажусь на место, которое мне показал Матвей, мне жаль, что не у иллюминатора. Так бы я могла отвлечься, немного сбросить напряжение.
А так я сижу упорно смотрю впереди себя, делая дырку в стене. Меня хватает на пятнадцать минут, я глубоко вздыхаю и перевожу взгляд на свои туфли, ещё десять минут.
- Насколько тебя хватит?- это Матвей.
Я перевожу на него взгляд, он сидит рядом в кресле, его глаза закрыты и кресло слегка наклонено.
- Прости, я задумалась. Ты, что-то сказал?
- Зачем?
- Что зачем? - я не смотрю на него.
- Не бросайся, из крайности в крайность.
- Я буду хорошей, ты ведь этого хотел?
Он открывает глаза, и смотрит на меня.
- Алёна...
Он не договаривает, объявляют посадку, и мы пристёгиваем ремни, самолёт начинает снижаться. Мы приземляемся в Марселе, столице Прованса.
После самолёта, хоть и полет длился не больше часа, меня почему-то клонит ко сну. В машине, у меня начинают слипаться глаза. Матвей видит это, его рука наклоняет мою голову ему на плечо, и я мгновенно проваливаюсь в сон.
Я просыпаюсь, и вздрагиваю от тишины и стрекота кузнечиков. Открыв глаза, вижу машину и Матвея рядом, он спит. В открытые окна машины, видны по обе стороны лавандовые поля. Вынырнув из сна, чувствую аромат, одурманивающий аромат лаванды.
Повернув голову смотрю на Матвея, сейчас когда он спит и мы одни, я могу смотреть и не отрываться. И я любуюсь, смотрю как чуть-чуть вздрагивают его ресницы, смотрю на обычно сжатые, а теперь расслабленные губы смотрю и меня тянет прикоснуться.
Наклоняюсь ему на плечо и поднимаю своё лицо к лицу любимого, наверное больше никогда, так близко мы будем. Именно в этот миг я понимаю, что Матвей перевернул весь мир для меня. Мой мир без него, это только полмира, кусок мира.
От близости и наверно безнаказанности, что сейчас всё можно, меня немного трясёт. Тянусь губами к его щеке, прикасаюсь губами, не целую. Только лишь впитываю ощущения, такие для меня крышесносные ощущения. Вдыхаю его запах, смесь парфюма и его мужского неповторимого. Мне нравится и хочу его сохранить в глубине своего подсознания.
Всё, ощущения зашкаливают, и мозг отключается, и я приближаю свои губы к его. В этот момент, мыслей в голове нет, есть только инстинкты и они мне говорят это твой мужчина, и ты принадлежишь ему, а он тебе.
И я касаюсь его губ, и как будто молния ударяет в меня, очень трясёт, на миг замираю. А потом ещё и провожу по ним язычком. Внезапно Матвей громко выдыхает мне в рот и открывает глаза.
Наверно, всё же я чемпионка по удиранию на короткую дистанцию, так быстро отскочила от Матвея. Чтобы не чувствовать неловкость, открыла дверь и вышла.