- Всё я слышу, а вам-то какая разница?
Сама лезу в телефон, полно оповещений о сообщениях, везде где я зарегистрирована контакт, инстаграм, твитер. Читаю, почти все звучат:
- Ты где? И последнее - ты где, мать твою!
Смотрю на автора, Матвей Казанцев. Сглатываю комок в горле. Меня хватает только на вопрос:
- Ну и что это было Матвей Игоревич?
- Уже ничего.
- В смысле ничего, взлом всех социальных сетей, крики на Бонда и меня, какая-то Европа в которой я должна жить, ну да и это всё ничего?
- Есть хочешь?
- Нет, пить хочу, причём водку!
- Уже не жарко? Почему Бонд?
- Нет, наоборот слишком жарко и надо холодной водки. Бонд, потому что я мисс Икс.
- В смысле мисс Икс?
- Ну здесь простая логика Вы мистер Икс, я мисс Икс, понятно.
- Очень даже. Причем порадовало, что у меня мисс появилась.
- Ну, я у вас не появилась, я сама по себе Икс.
- Так, тормози.
- Я? Вы же машину ведёте.
Он остановил машину.
-Сиди в машине, вернусь через пять минут, - вышел и закрыл машину с сигналки на замки.
Вернулся и правда, через пять минут, в руках пакет. Из пакета он достал 2 бутылки, одну дал мне, вторую взял себе. В бутылке судя по запаху было вино, в коробке была пицца. У меня слюни потекли, запах был очень даже вкусный.
- Мы уже приехали?
- Почему?
- Ну, алкоголь же?
- Моё безалкогольное.
- Ага, и пицца веганская.
- Алёна, давай поедим.
- Да, конечно, мой личный официант.
- Ешь, блин.
- Ем, спасибо. О, вино клёвое, молчу.
Когда мы поели, выбросили мусор, я сидела пила не спеша вино.
Матвей Игоревич заговорил:
- Алёна, я всю Европу на уши поставил, потом друга попросил он из... неважно, он тебя нашёл, ты что не могла ответить?
- Европу на уши? А почему не Америку, вдруг я туда улетела? Матвей Игоревич я же по сторонам смотрела, а не в телефон. И вообще откуда мне было знать, что вам приспичит меня лицезреть?
- Так, ещё раз скажешь, Матвей Игоревич, позвоню маме.
- Ну, так не честно, чё сразу маме-то? А как надо, может папа?
- Матвей.
- А папа Матвей можно?
- Алёна, лучше пей вино.
- Во-во вы ещё маме скажите, что меня спаиваете.
- На ты, и Матвей.
- Угу, в следующей жизни, когда я стану кошкой... - тихонько пропела.
- Что?
- Вы, ладно уж ты. Ты где живешь, точно не в России? Это песня такая, типа.
- Типа? Не в России, в Европе.
- А ну тогда всё понятно.
- Чего понятно?
- Понятно, что тебе ничего не понятно.
Он задумался на миг.
- Ну, может погуляем немножко?
- Давай, Матвей Иии где?
Матвей завел машину и проехал пару улиц, свернул несколько раз.
Перед глазами открылся красивый вид на Исаакиевский собор, красивое ночное освещение.
Матвей открыл дверь и протянул мне руку.
- Красиво, спасибо.
Мы медленно прогуливались, вокруг. Подсветка собора выделяла его в спустившейся темноте. Сделала несколько фото, Матвей меня сфоткал на фоне собора.
- Давай вместе?
Зачем я это сказала.
- Иди сюда.
Он обнял меня за талию и прижал к себе. Я кажись на фото, буду с глазами по пять рублей.
Да и вино мне похоже в голову ударило.
Я взяла и тоже его обняла. Теперь у него на фото, глаза будут по пять рублей.
- Ну, всё компромат есть, завтра выложу в инстаграм, или буду копить досье.
- Копи, завтра ещё добавишь.
- В смысле?
- Пошли в машину.
Мы покатались по городу еще полчасика, потом подъехали к моей гостинице, Матвей повернулся ко мне:
- Дай телефон.
- Это шутка была.
Но спорить не стала.
Он, протянул его мне обратно.
- Пароль введи.
- Сначала надо лампу потереть.
- Чего?
- Ну, что бы вызвать джина, который исполнит желание, нужно потереть лампу.
- Алёна, знаешь, чего я сейчас хочу?
- Пароль от моего телефона. Не?
- Не! Покажи язык.
- В смысле, ладно бери телефон.
Сняла с пароля, протянула Матвею.
Раздалась мелодия какой-то песни, похоже на французском, по-моему в телефоне Матвея.
- Держи.
Вернул мне телефон.
- Ну я пошла, пока.
Матвей, вышел и открыл мне дверь, подал руку.
- Завтра позвоню, пообедаем.
- Звони, я пока яда накапаю.
- Алёна, блин.
Он дернул, меня за руку к себе, я со всего маху врезалась ему в грудь. Матвей держал меня за талию одной рукой, второй задрал мой подбородок.
- Язык покажи.
Запах мужчины, его аромат кружили мне голову, и я как под гипнозом смотрела ему в глаза. В них плясали огни уличных фонарей и кажется в голове раздался звонок тревоги.