Отбив атаку одного, на меня нападали снова. Они двигались очень быстро. Я едва успевал махать мечом.
Бросил мимолётный взгляд в сторону. Рядом со мной сражался Олег. Чуть дальше в другой стороне от него Захар и ещё пара воинов. Пока осматривался пропустил нападение ещё одного Бурбора, и тварь сбила меня с ног. Цепкие пальцы монстра впились когтями в плечи. Красные глаза мелькнули на уровне носа, а пасть раскрылась для укуса, ещё секунда и мне конец, ведь метит он не иначе как в горло.
Но вдруг мелькнула сталь меча, и голова чудовища отлетела в сторону. Хватка на плечах ослабла, а тело придавило меня сверху. Быстро скинул его и увидел протянутую руку Олега. Это он спас мне жизнь. Ухватился за него, быстро поднялся и сосредоточился на битве. Больше отвлекаться не стал.
- Держим круговую! – громко кричит Захар.
Мы встали спина к спине. Тварей осталось не так много. Особым умом и сообразительностью они не отличались. Неслись вперёд на добычу не разбирая дороги, а потому нам всё же удалось их одолеть.
Обезглавив последнего, я рухнул на колени прямо на землю. Усталость взяла своё. Я смотрел по сторонам и замечал разодранные тела тех, с кем ещё недавно делил трапезу, слушал разные байки. Желудок скрутило в тугой жгут. Я обхватил голову руками и припал к земле.
Да, я уже не маленький и понимал, что такое сражение, но столкнуться с этим в реальной жизни оказалось невыносимо тяжёлым испытанием.
Рука воеводы легла мне на плечо. Я поднял на него взгляд. Он смотрел с сочувствием. Я отвернулся. Мысленно отругал себя за проявленную слабость. Разве я не думал, что не на прогулку отправился? Дак что же тело моё сотрясается от крупной дрожи, а перед глазами встают глаза погибающих товарищей вперемешку с их стонами и криками.
- Что это было? – спросил кто-то из воинов.
- Бурборы, кто же ещё – ответил Захар.
- Мы же выставляли дозорных – усевшись на земле произнёс я.
- Вон они. Мёртвые лежат. – отозвался Олег и указал рукой в сторону тел – Видно заснули олухи. Чуть всех нас не загубили – зло бросил он, вытирая свой меч от крови рукавом рубахи. Надо же, а он выглядит гораздо спокойнее, чем многие, в том числе и я.
Спать больше никто не решился. Рассвет наступил примерно через пару часов. В живых осталось половина отряда. Тел Бурборов насчитали больше двух десятков. Довольно большая стая.
Тела воинов и Бурборов мы сожгли. Негоже оставлять покойных. Те, кто знал убитых произнесли слова прощания и забрав оружие, поклялись передать его их семьям.
Я мало был знаком с теми, кто умер и всё же, мне было искренне жаль человеческие жизни.
Лошади уцелели почти все. Оставшихся без всадников животных привязали к телеге. Извозчик, управлявший телегой погиб. Его место занял один из воинов.
Медленно, но верно мы выдвинулись в путь. Атмосфера в отряде была мрачной. Разговор уже не лился рекой и не звучал шутливо, и не раздавались остроты с разных сторон. Оно и неудивительно. Вся серьёзность и опасность путешествия мною была осознана лишь сейчас.
По ночам никто из дозорных больше не спал, нападений не повторялось, но забравшийся под кожу страх уже не оставлял нас ни на минуту.
Пару раз на пути нам всё же встречали Бурборов по одной, две особи и то очень истощённых, практически без сил. Убивать таких не составляло труда.
К закату седьмого дня уставшие, грязные, измотанные мы всё же добрались до стен единственного в этом проклятом месте города.
Бенион впечатлял своими масштабами. Казалось, перед нами раскинулась бескрайняя каменная стена, усыпанная по всему периметру остроконечными башнями. Каменная изгородь выполнена настолько искусно, что даже приблизившись в плотную мне не удалось разглядеть стыков в кладке, походило сие изделие на монолит. Может оно так и было. Высота стен не позволяла увидеть ни единой постройки, что скрывалась внутри, это одновременно и впечатляло, и настораживало.
Из окон башен на нас смотрели дозорные. Они были облачены в странные плащи песчаного цвета, на голове красовались тряпичные шлемы с маской, закрывающей лицо и прорезями для глаз. Я отметил необычную расцветку их глаз, они горели красным цветом, что невольно натолкнуло на мысли о Бурборах. Ведь у этих тварей оттенок такой же.
Я нервно сглотнул, почувствовав, как притаившийся под кожей страх поднимает свою поганую голову.