- Ну и где его носит?! – отбросив приборы на стол произнёс батюшка.
- Спокойнее Игорь, - произнесла матушка. Наедине мама всегда звала отца по имени.
- Он, наверное, задержался в казармах, а может Захар какое поручение ему дал.
- Захара в крепости нет. А вот я сейчас самолично пойду и проверю там ли он! И если его там нет! Пусть пеняет на себя! – угрожающе сказал отец …
- Батюшка – вдруг встрепенулся Александр – нет его там.
Матушка громко вздохнула, а отец выжидающе уставился на брата.
- Ну? И где же он?
Было видно, что Александр не хотел говорить, но раз уж начал, отступать было некуда.
- Я жду! – теряя терпение произнёс отец.
- Он в Бастире…
- Где??? В Бастире?! И чего он там изволит делать?! На дворе ночь! Я велел ни шагу за ворота не делать! – гневно произнёс отец.
- Не знаю… – промямлил еле слышно брат.
Бастир – это небольшое поселение в близи от нашего города. Что именно там понадобилось брату Никите я не знаю, но в последнее время он довольно часто там бывает.
- Немедленно отвечай, что там твой брат забыл?!!! – продолжал сердиться батюшка.
- Я правда не знаю… Знаю, что уехал…, обещал, вовремя быть… Но вот задержался…
Отец с силой ударил по столу кулаком.
- Быть такого не может, чтобы он тебе не рассказал…
- Он и вправду не знает – неожиданно раздался голос Никиты, прервавший речи отца. Брат стоял у входа в трапезную и внимательно смотрел на батюшку.
Отец сверкнул сердитым взглядом и направился прочь из трапезной, на ходу бросая Никите небрежное, но строгое, не терпящее препирательств:
- За мной!
- Игорь?! – обеспокоенно окликнула отца матушка, поднимаясь из-за стола, но тот не обратил на это никакого внимания. Брат покорно последовал за батюшкой.
- Ты?! За чем ты выдал Никиту?! – кричу я, вскакивая и набрасываясь с кулаками на брата, тот ловко уворачивается и хватает меня за руки так, что я и шевельнуться-то толком не могу, от чего злюсь ещё больше и стараюсь задеть его ногой.
- Да успокойся ты! Батюшка в казармы собрался! Итак, бы всё узнал! Только хуже бы было!
- Не узнал! Не узнал! Это ты его выдал! – не унимался я.
Брат было открыл рот собираясь что-то произнести, но замолчал, услышав матушкину речь:
- Александр! Игнат! Прекратите немедленно! Только ваших ссор ещё не хватало! Вы же братья! Вы друг за друга горой стоять должны!
Пристыженные словами матушки мы с братом переглянулись и замолчали.
На следующий день стало известно, что батюшка наказал Никиту заточением в северной башне сроком на семь дней, посадив на воду и хлеб. Сколько бы матушка не уговаривала отца не быть столь суровым к сыну, он был непреклонен. А лишь через пару лет как-то в разговоре взрослых я узнал, что ездил Никита в Бастир к молодой селянке. Я тогда ещё очень удивился на кой брату эта селянка сдалась? Он ведь к ней по темени поехал и батюшкино слово нарушил.
Спустя семь дней мы уже трапезничали всей семьёй. Никита правда порядком исхудал на воде и хлебе, но на батюшку не сердился.
В тот день после ужина мама проводила меня в покои и осталась что бы прочесть сказку.
Я запрыгнул в кровать. Мама накрыла меня одеялом и села рядом на край постели. Я потянулся рукой к её волосам. Мне так нравится трогать мамины волосы. Они очень красивые и мягкие на ощупь.
Но в этот раз, как только мои пальцы дотронулись до них, произошло что-то странное. Мои глаза заволокло белой непроглядной пеленой. Я перестал ощущать себя в пространстве, казалось, что стал таким лёгким, словно перо гусиное. Мне казалось, что я парю в воздухе. Порывы ветра подхватывают моё невесомое тело и несут куда-то прочь, в неизвестном мне направлении. Внезапно меня как будто ударяет о что-то твёрдое.
Постепенно я начинаю ощущать вес собственного тела и разум проясняется. Пелена что застила глаза расступается, и я начинаю видеть пред собой что-то коричневое, твёрдое и шершавое похожее на пол. Точно пол, как у нас в крепости.
Поднимаю голову, оглядываюсь по сторонам и к собственному изумлению, узнаю комнату. Это же большой зал для трапез.
Здесь куча народу, но меня, как ни странно, никто не замечает.