Хоть Влад и не задал никакого вопроса, Дима всё же ответил:
– В принципе, сходить могу раз там всё должно быть настолько интересно.
– Естественно. Ладно, мне уже пора, до встречи, дорогой друг.
Буквально через минуту пришло и само приглашение. Воскресенье в два часа в центре города. В целом, время Диму устраивало, хотя какое-то неприятное чувство навязанности этого мероприятия у него всё же оставалось.
Дима решил немного дочитать новости и лечь спать без приёма таблеток. В конце концов, на месяц у него никогда не было больше 20 приёмов, так что нужно было хоть как-то поберечь это великолепное чувство.
В эту ночь Дима не видел снов. Хотя, удивительным было бы обратное. Дима чаще всего видел сны лишь тогда, когда перед тем как лечь спать принимал таблетки. В те редкие разы, когда сны посещали Диму без приёма таблеток, хорошим эмоциональным привкусом они не отличались. Это были мрачные, тёмные, вязкие сновидения. Они были похожи на засасывающую в себя трясину чего-то тёмного и опасного. Думаю, не нужно говорить, в каком состоянии просыпался Дима после таких сновидений.
Но в эту субботу всё было более-менее сносно. В целом, день обещал быть неплохим. Во-первых, сегодня сокращённая рабочая смена, во-вторых, встреча с Анной.
Взаимоотношения с Анной были у Димы на много проще, чем с Владом, хотя точно назвать то, кем она ему приходится он также затруднялся. Она ему не жена (браки в последнее время вообще стали редкостью (обратная сторона появления таблеток-эмоций), так что отсутствие между ними двумя брачных отношений несмотря на то, что они вместе со школы никого не смущало) ни в юридическом, ни в фактическом смысле, так как они даже не живут вместе. Девушка? Любовница? Подруга? Половой партнёр? В каждом из этих статусов была доля истины, но в целом Дима считал их неверными, однако других слов просто не мог найти.
Угрюмая поездка до работы, чуть более бодрая чем обычно рабочая смена, ещё одна угрюмая поездка на автобусе и вот он уже у дверей квартиры Анны. Она открывает дверь, они целуются, и Дима заходит. После непродолжительного разговора они решают приступить к делу. Оба снимают с себя одежду ложатся на кровать и принимают по фиолетовой таблетке. Если хотите знать, то ничего дальше лёгких прикосновений между ними в физическом плане не происходит. Да это, собственно и не требуется, за них всё делает таблетка. Собственно, не требуется даже их присутствие рядом друг с другом, но какой-то инстинкт не позволяет им принимать фиолетовые таблетки порознь.
По данным статистики лишь 10% людей в последние годы вступали в непосредственный половой контакт без использования таблеток-эмоций, примерно столько же людей занимаются сексом одновременно с использованием таблеток, около 60% всего населения страны вступают в половые отношения также, как это делают Дима и Анна. Чуть менее 20% пользуются таблетками в отсутствие полового партнёра и незначительный процент людей пользуется услугами секс-роботов. Да, машины по доставлению человеку удовольствия уже устарели во времена юности Димы, хотя в Диминой школе в то время ещё использовали секс-роботов для полового воспитания.
Ранее школьная программа предполагала возможность проведения так называемого «занятия по освоению первичных знаний половых отношений человека» для детей, достигших 14 лет. Такое занятие могло быть проведено лишь один раз и только с согласия родителей ребёнка. Если говорить откровенно, то данное занятие заключалось в учебном половом акте с роботом.
Дима (да и Анна тоже) в своё время поучаствовал в таком занятии. Воспоминания о нём сохранились достаточно яркие.
Он вошёл в специальную комнату в назначенное ему время. Здесь ему раньше бывать не приходилось, так как этот кабинет был оборудован исключительно под один вид занятия. В центре комнаты стояла кровать, а перед ней робот, выглядевший как миловидная четырнадцатилетняя девушка. Секс-роботы в образе детей 14 лет разрешалось производить только в такого рода учебных целях, хотя на чёрный рынок они каким-то образом попадали. Вообще, Федеральный закон «О робототехнике в Российской Федерации» содержал немало ограничений относительно секс-роботов. Так, помимо роботов-детей запрещалось производить в целях сексуальной эксплуатации роботов в образах животных, известных личностей, персонажей книг, фильмов, сериалов, мультфильмов и прочего, больных людей, людей с неестественными пропорциями тела и так далее. Хотя компании, производящие секс-роботов всё же, смогли обойти некоторые ограничения этого закона. Самым известным прецедентом был случай, связанный с порноактрисой Розой. Та «продала» свою внешность одной из роботоконструкторских компаний, после чего началась самая обширная рекламная компания в истории секс-индустрии под слоганом «Розу в каждый дом». В целом, данный слоган оправдал себя почти полностью, продажи были колоссальные. Безусловно, такой случай привлёк внимание прокуратуры. Но спустя несколько десятков судебных заседаний орава юристов всё же смогла отстоять право Розы «продавать» собственную внешность.