Когда он попал на берег, тело откатилось на мокрый
песок. Она не знала, как быть нежной. Вероятно, сломала его
кости…
Мирабелла бросилась по крутой тропе вниз. Она
скользила и падала, и ладони кровили от столкновения с
острыми сказами. Она мчалась по песку к парню и прижала
разрезанные руки к его груди.
Вода вытекала изо рта. Он был так бледен, лежал на
берегу. Мог быть любым другим морским существом, что
мучили волы…
- Дыши! – закричала она, но не могла направить ветер в
его лёгкие. Она не целитель и не знала, что делать.
Он закашлялся. Задрожал – но это лучше смерти.
- Где я? – спросил он.
- Не знаю… У Тригнора, наверное.
Она сняла свой плащ и укрыла его. Этого мало. Она должна
его согреть, но она ничего не видела.
- Это… - она встряхнула его, когда он вновь, казалось,
терял сознание, - не лучшее место, чтобы причалить!
К её удивлению, парень рассмеялся. Он был её возраста, с
тёмными волосами. Глаза казались подобными буре. Может, он
и не мальчишка, а элементаль из воды и постоянного грома.
- Ты можешь идти? – спросила она, но он покачал головой,
и зубы дрожали. Она не понесёт его. Не по тропе, не по участку
пляжа, что лежал между ними и городом.
Где скалы разрезали дорогу, они склонялись так, чтобы
там было вверху уже, чем внизу. Не пещера. Даже не навес, но
выбора нет.
Мирабелла обхватила его рукой и потянула за плечи,
потащила по болоту, хромая. Песок затягивал. Уставшие ноги
горели в знак протеста, но они добрались до скал.
- Надо найти дрова для огня, - сказала она. Он дрожал,
лёжа на боку. Даже если его согреть, он может не пережить
ночь, если выпил слишком много солёной воды.
В темноте она едва нашла несколько палочек из
деревянной подстилки и мокрую корягу. Мирабелла собрала их
и устроила под прикрытием скал в огромном беспорядке, с
морскими водорослями, раковинами и галькой.
Она тоже дрожала. Дар был близок к истощению.
Когда она призвала огонь, тот не пришёл.
Мирабелла присела и потёрла руки. Она любила огонь, как
и молнию. Он не мог игнорировать её, поджав хвост, умчаться!
Губы парня посинели.
- Прошу, - выдохнула она и толкнула дар с той силой, на
которую была только способна.
Сначала ничего – а потом медленная струйка дыма
поднялась вверх. После пламя согрело из щёки и сушило
одежду. Шипело и плевалось, когда дождь Шторма Шеннон бил
его, но не погасло. Её дар был исчерпан, отогнать облака она не
могла. Шторм закончится тогда, когда должен.
Мальчишка дрожал меньше. Она стянула его куртку и
рубашку и разложила на песке у огня, но так, чтобы не сгорели.
И положила плащ Элизабет. Он будет достаточно тёплым, когда
высохнет.
Парень застонал. Если б Лука тут была, она бы знала, что
делать!
- Холодно, - пробормотал он.
Мирабелла тащила его из глубин не для того, чтобы
увидеть смерть. Она знала только одно, что могла сделать.
Она расстегнула платье и выскользнула из него, легла
позади парня и обвила его руками, отдавая тепло. Когда её
плащ высохнет, она укроет их обоих.
Мирабелла содрогнулась, проснувшись. После того, как
она укрыла их сухим плащом Элизабет, она задремала, глядя в
огонь, и ей снилось, что Арсиноя и Катарина стали деревом,
мокрым, с дымящимися морскими водорослями вместо волос.
Они горели и превращалась в угли, ползли крабами по песку.
Парень лежал рядом. Капельки пота покрывали лоб, он
вырывался, но она крепко держала его. Он должен быть в
тепле. Утром ему потребуется свежая вода. Может, она найдёт,
если поднимется вверх по скалам к лесу. Даже после дождя в
лесу есть лёд на ветвях.
Мирабелла устроилась удобнее и положила руку парня на
талию. Его глаза открылись.
- Лодка, - выдохнул он.
- Она на дне моря, - скорее всего, разбилась, учитывая силу
волн.
- Моя семья вынуждена будет её менять…
- Не беспокойся об этом. Как ты? Что-то болит?
- Нет. Я замёрз. Мне очень холодно.
Его рука скользнула по её спине, под плащом, и пульс
Мирабеллы участился. Даже почти утонувшим он был самым
красивым парнем, которого она когда-либо видела.