животное! Просто надо подождать… Пожалуйста.
Она повернулась и изучала деревья. Ни звука. Ни ветра. Ни
птицы. Всё такое же безмолвное, как и всегда.
- Арсиноя, - мягко промолвила Джулс. – Нам не надо быть
тут. Это ошибка.
- Нет, это не так! – настаивала Арсиноя.
Джулс не прибивали к этому дереву. Она не поливала его
кровью. Она не чувствовала изменений в воздухе. Мадригал
говорила о мощи королевской крови, и это правда – низменная
магия Арсинои сильна.
- Медведь придёт, - бормотала она. – Он придёт.
Она направилась на север.
- Арсиноя? – начала было Джулс, но Билли схватил её за
руку.
- Дай ей время, - проронил он, но сам шагал следом, пока она
искала.
Когда он пришёл, обнаружить его было нетрудно. Огромный
бурый медведь, массивный и сонный, тучей выплывал из гор
деревьев.
Арсиноя почти закричала, но что-то остановило её. Медведь
не был таким, как во сне. Его клешни были грязны, голова
размозжена, и казалось, словно его мёртвого выволокли из
канавы и заставили встать на его гниющие ноги.
- Он узнал меня, - прошептала Арсиноя, заставляя ноги
сделать шаг. Потом ещё один.
Он пах чем-то разлагающимся. Мех медведя казался
мёртвым, будто в нём копошились мириады личинок и
муравьёв.
- Джулс, - прошептала она и посмела оглянуться назад, но
Джулс была слишком далеко и не могла видеть.
- Арсиноя, отойди от него, - промолвил Билли. – Это безумие!
Но она не могла. Она его призвала, это её. Она протянула
руку.
Сначала, казалось, он не знал, что она тут. Он ломал лес и
едва мог идти – левое плечо опускалось ниже, чем правое. Она
видела полосы красного под его лапой. Когти вросли, как у
очень старых или больных медведей.
- Это? – спросил Билли. – Это твой фамилиар?
- Нет, - сказала она, и злобные мутные глаза медведя
наконец-то столкнулись с её собственными. – Беги! – закричала
она и повернулась под медвежий рёв. Земля тряслась под его
тяжестью, когда он гнался за нею.
Они мчались вниз по склону, и время замедлилось.
Несколько лет назад, когда они с Джулс были детьми, фермер
принёс своих мёртвых гончих на площадь, чтобы предупредить
людей о медведе. Охотничий отряд нашёл и убил его спустя
несколько дней. Он был обычным бурым медведем, но собаки
не походили больше на гончих, разорванные пополам когтями.
И спустя годы Арсиноя помнила, как челюсть одной собаки
болталась на маленьком кусочке кожи.
Грязь сдерживала её. Она не сможет сбежать.
Джулс вскрикнула и бросилась к ней, но Джозеф схватил её
за талию.
Хороший мальчик. Он не может позволить ей рисковать
собой. Он должен заботиться о ней, и Арсиноя знала, что он это
сделает.
Нога Арсинои застряла в грязи, и она упала. Закрыла глаза. В
любой момент когти оторвут её ноги. Кровь окрасит землю.
- Эй! – закричал Билли. – Сюда, сюда!
Дурак подошёл ближе, прямо на глаза медведя. Он
размахивал руками, бросал в шкуры шары льда и грязи. Он не
смог ничего сделать, но Арсиноя успела подняться на ноги.
- Беги! – закричал он. – Беги, Арсиноя!
Но Билли отдаст свою жизнь за её. Медведь разорвёт его в
любой миг. Может быть, он считает, что достоин этого, но она
так не думала.
Арсиноя бросилась между Билли и медведем. Он толкнул её
лапой, с лёгкостью выбив плечо из сустава, изрезал лицо.
Снег окрасился алым.
Камдэн рычала и бросилась вперёд, чтобы столкнуться
золотистым пятном с огромной горой.
Билли обхватил Арсиною за талию и потянул её.
- Горячо и холодно, - бормотала она, но нормально говорить
не могла.
- Давай! – повторял Билли, и Джулс кричала. Камдэн
жалостливо вопила. Она резко остановилась, когда была
швырнута в дерево.
- Нет! – закричала Арсиноя. Но звук едва был слышен на
фоне Джулс, кричавшей всё громче и громче, словно её голос
стал сиреной. Коричневая гора трясла головой, после била себя
лапой, царапала грудь, словно пыталась вырвать сердце.
И на мгновение среди криков Джулс медведь взлетел в
воздух.
А после он упал замертво.
Пот стекал по Джулс, словно это была середина весны, и она