— Нет-нет, — прошептал он, затем набрал: — Всё нормально. Я даже рад, что мы не подходим вам для войны. Искренне надеюсь, вы найдёте достойного противника, который вас... уничтожит.
И, уже не в силах сдержать дрожь, добавил: «Летите уже, пожалуйста, дальше. И только, пожалуйста... не заденьте наше солнце».
За окном уже светлело. Сизая мгла ночи отступала, уступая место бледному и холодному рассвету. Макс глянул на часы: 6:45. Он провёл за компьютером всю ночь, и теперь на него наваливалась волна свинцовой усталости, словно тяжёлая броня, не позволяющая даже пошевелиться.
На экране появился новый текст — словно кульминация безумного диалога, ставящая жирную точку в ночном кошмаре: «Ладно, землянин, нам пора. На обратном пути заскочим, пообщаемся. Может, у вас что-то изменится за семь тысяч лет».
«Семь тысяч лет...» — с горькой иронией подумал Макс. «Это как записаться у дантиста на следующую чистку зубов через несколько тысячелетий». Он вытер потный лоб рукавом и набрал короткое, но полное достоинства слово: «Прощайте».
Больше сказать было нельзя. Дрожащими от пережитого шока и адреналина пальцами он выдернул из компьютера флешку, которую с маниакальным усердием наполнил всеми файлами переписки, логами и чертежами передатчика. Теперь эта тонкая пластинка кремния и пластика стала самым важным артефактом в истории человечества.
Он вышел в коридор, одевался, но руки почти не слушались. Его тело трясло, словно он стоял на краю бездонной пропасти, на полуострове ветров и тьмы. План в голове рвался на куски, но цель была предельно чёткой: «Газета... Телевидение... Полиция... ФСБ...» — этот список звучал невероятным бредом, но это был единственный путь. Он ДОЛЖЕН был быть услышан.
Дверь квартиры захлопнулась за ним громким, одиноким хлопком, навсегда отрезая его от прежней, привычной жизни.
И в этот самый миг, в пустой комнате, залитой холодным светом утра, на тёмном мониторе погасшего компьютера тихо всплыло новое сообщение...
Эпилог.
Виталий Александрович всю жизнь посвятил компьютерной технике. Начинал ещё в СССР, настраивая и программируя громоздкие ЭВМ. Сейчас, на пенсии, он перебрался в небольшую деревушку. Одинокий и своеобразный, он развлекался, тролля дальнобойщиков и таксистов своим усовершенствованным радиоприёмником.
Он выдавал таксистам несуществующие заказы, посылал дальнобойщиков в далекие объезды, сообщая о фантомных пробках, и жутко хохотал, представляя последствия своих шалостей. Пародировать голоса диспетчеров помогала программа, написанная им же на стареньком, видавшем виды ноутбуке.
Когда Виталий впервые поймал непонятный сигнал, не придал ему значения. Но сигналы стали появляться всё чаще. Решив расшифровать их, он с удивлением выяснил, что какой-то молодой парень пытается связаться с инопланетянами. Широкая, довольная улыбка расползлась по лицу старого тролля. План созрел мгновенно.
Быстро создав программу-автоответчик, он отправил три точки, чтобы проверить реакцию. Долго ответа не было, и он уже начал закрывать ноутбук, когда неожиданно пришло сообщение: «Привет».
Дальше смех и фантазия Виталия лились рекой. Он, словно садистский бог, создавал целую вселенную безумных насекомых-кхардханцев, их кровожадные обычаи и стремление к гибели. Только под утро он почувствовал приятную усталость и блаженное удовольствие от мастерски проделанной работы. И когда от парня пришло вежливое: «Прощайте», Виталий ещё немного посмеивался, насытившись, и решил написать правду.
Немного подумав, он с довольным видом выстукал короткое сообщение, ставя жирную точку в этой ночной мистификации: «Ладно, шутка окончена. Твои передачи глушили из деревни Заозерье. Скажи спасибо, что развлек старика. Удачи. В.А.»
С чувством выполненного долга он нажал «Отправить», счастливо закрыл ноутбук и отправился наливать себе утренний чай. Но было уже слишком поздно.
В ту самую секунду, когда дверь квартиры Макса с громким хлопком захлопнулась, сообщение ушло в эфир.
Конец.