"Звериное, не человеческое чутьё надо иметь на это "сегодня", либо отдельный дополнительный орган, ответственный за подсматривание будущего. У меня такого не имеется, если только в зачаточном состоянии".
Ещё одна чашечка замечательного, но очень дорогого кофе так простимулировала его зачаточный орган и весь организм, что Базилиус тут же принял решение действовать немедленно. Он здесь же за столиком в кафе составил донесение и в штаб повстанцев и в Контору. Упор сделал на величайшую срочность принятия решения и на готовность взять на себя функцию координатора здесь, в столице.
Повстанцы откликнулись быстрее, но скорее потому, что застоялись, чем по причине глубокого анализа ситуации. С предложением активных действий они были согласны целиком и мелочи типа кто там в координаторы набивается, их не волновали. Контора ответила через три часа. В зависимости от настроения читающего их ответ можно было расценить и как отказ в инициативе и как одобрение. По всей видимости, три часа им понадобилось, чтобы правильно составить сей уклончивый документ и прикрыть свои толстые задницы. Таким образом, и непосредственное начальство Базилиуса в суть дела не вникло. Всё предсказуемо, всё, как обычно. Когда пыль уляжется и настанет время подводить итоги, то бремя успеха понесут генералы в виде дополнительных звёздочек на погонах и орденов на груди, а счастье провала достанется ему, скромному герою серых будней невидимой войны.
"Не первый раз. Что же, вперёд, на мины, герой".
Самым срочным образом Базилиус вызвал Елену. Контуженный водитель, взбалмошная девушка Елена, да три бойца из единственной не проваленной явки, вот и всё его сегодняшнее воинство. Зато в изобилии имелся транспорт. Не накрытая явка располагалась в автомастерской, где в разной степени готовности ждали своей участи и гражданские и военные глайдеры.
Елену Базилиус назначил старшей во второй группе, придал ей одного бойца и слегка глухонемого водителя Константина вместе с глайдером по развозке пирогов. Он был уверен, что Константин за Еленой приглядит. В первую группу он назначил командиром себя над двумя бойцами и боевым глайдером. Они разделились. Елена должна была направиться к Национальному Банку, именно там, по достоверным слухам копились золотые динарии из обменников.
-- Не ввязывайся в открытую конфронтацию с охраной. Тебе надо только отследить, когда и куда начнут эвакуацию золота. В вашей машине установлено множество сканеров на все случаи жизни. Константин поможет с ними разобраться, он великий спец по слежке, в крайнем случае, сам справиться.
-- Вот ещё, разберусь.
Чудно. Следите не выходя из машины за тем, куда они потащат золото. У меня есть предположение, что они будут драпать не с Большого Космодрома, скорее это будет какая-то воинская часть. Я, со своей стороны, постараюсь это выяснить.
-- А если нас всё-таки обнаружат?
-- Во-первых, изо всех постарайтесь, чтобы до этого не дошло, а во-вторых, если на самом деле запеленгуют, уходите. Быстро и бесповоротно. Только не забудьте при этом маячок поставить на их транспорт.
Видно было, что Елена с моим предложением уходить, не согласна. Её руки сжимали и разжимали свежевыданный бластер.
"Может зря я ей выдал оружие, ещё полезет на рожон, а ситуация там может сложиться самая неожиданная".
-- Короче, следите, держите дистанцию и помните - ваша задача - информация о "золотом" пути.
Расстались. Базилиус остался в тревоге.
В городе громили обменники. Только что в них теперь найдёшь? Золота там и след простыл, а небольшие количества бумажных денег, там обнаруженных, которые не смогли защитить молоденькие девушки менеджеры, в сердцах жгли вместе с офисной мебелью. Нашли на чём досаду сорвать.
По закрытому каналу пришло сообщение, что повстанцы уже высаживают десант, по крайней мере, в четырёх точках побережья и уверенно продвигаются вглубь.
Пролетая над столицей Мохаве, даже с приличной высоты Базилиусу хорошо был виден погром, царивший в городе.
"Сейчас не слишком удовлетворённые денежной реформой жители доберутся до госучреждений, а там и дворец "Трёх Толстяков" начнут штурмовать. Жаль приличных зданий, пожгут в сердцах" - Базилиус меланхолично размышлял о судьбе города - "Что-то не видно следов эвакуации приспешников власти. Хотя нет, вон кортеж с мигалками впереди, а вон ещё один, и ещё. Бегут, шакалы".
Чиновничья знать рвалась на Большой Космодром. Там самые удачливые и потому счастливые могли загрузить награбленное в личные яхты и отправиться на курортные планеты просаживать остаток жизни на пляжах и в казино. У кого труба была пониже и дым, соответственно, пожиже сейчас штурмовали рейсовые корабли. Правда, они не резиновые, большая часть беглецов всё равно не влезет. Оставшихся ждёт печальная участь. Порвут. И порвут не смотря на то, что этот чиновничий планктон так и не успел воспользоваться положением и набить себе карманы. Порвут просто потому, что способствовали, а главные грабители будут недоступны.
Собственно говоря, судьба всех этих беглецов Базилиуса вообще не волновала, он просто дал волю воображению. Оно, воображение разошлось и никак не желало переключаться на живописные картины бегства главных фигурантов - "Трёх Толстяков" и главной золотой кассы страны вместе с ними. Мерный шум моторов военного глайдера убаюкивал, думать о предстоящей погоне не хотелось.
Неожиданно пискнул контроллер дальней связи, пришло сообщение из Конторы. Сообщение, что называется, как обухом по голове. Базилиусу предписывалось свернуть все мероприятия на Мохаве и срочно отбыть на Прокутар, что в тридцати двух парсеках отсюда для доклада.
"В Конторе на кого-то обвалился потолок, не иначе. Тут либо генерал сошёл с ума, либо до главных рычагов в Конторе дорвался главный прохиндей".
Базилиусу хорошо было известно, что руководящий состав Конторы не отличался ни однородностью взглядов на мораль, ни излишней порядочностью. Девственность взглядов он потерял давно. Однако, в целом результирующий вектор деятельности организации имел положительную направленность. Так, по крайней мере, убеждал себя Базилиус. А здесь неожиданно лопнул какой-то гнойник.
"Кто-то там тоже догадался, что "вчера было рано, а завтра будет поздно". Значит, и в самом деле, это тот самый день. И я в нужном месте. И могу что-то реальное сделать. Это вдохновляет".
Базилиус ловко имитировал сбой и вредоносные помехи при приёме и решил ценное, но совершенно неприемлемое указание из Центра игнорировать. Исходя из принципа, что победителей не судят, он вознамерился таким победителем стать. Если удастся вернуть золото Мохаве, то ему обеспечена пожизненная защита всего населения планеты. Так он думал. Ну а если не выгорит, то на это тему думать не хотелось.
Пришло очередное сообщение от повстанцев. Они умудрились захватить у деморализованных правительственных войск несколько десантных глайдеров и хотели получить его личное одобрение по подлежащим десантированию целям. Базилиус проникся собственной не малой значимостью и одобрил в качестве целей Большой Космодром, Малый вспомогательный, Грузовой для генеральных грузов и отверг Национальный Банк. Золота в нём уже не было, об этом сообщила Елена. Кроме того, Базилиус полагал, что в Банке имелись и другие ценности, которые вполне могли разграбить заодно со всем остальным хозяйством.
"Этим пусть специальные группы занимаются, как и положено".
Сверхвооружённый бронированный кортеж, петляя как пьяный заяц, уходил на север. Туда же летел и Базилиус. Он опережал Елену примерно на час. Там, на север от столицы располагались два наиболее оснащённых военных космодрома. На каком-то из них и ждали ценный груз. Сюда же на север Базилиус так же вызвал подкрепление, хотя понимал, что им не успеть, решать проблему придётся своими наличными силами.