— Так держать, лейтенант, — отсалютовал он. — Я рассчитываю на вас. Свободны.
Вышел за дверь я вполне удовлетворённый. Как минимум, вице-адмирал Шишкин воспринимает меня серьёзно. Теперь надо сделать так, чтобы и остальные задумались. По возможности вежливо разобраться с Гринёвым, поговорить с Никитой и аккуратно обработать Илью. А то он парень легко поддающийся чужому влиянию. Сломается, гляди, если ему начнут расписывать красоты СКР. Сначала поставит подпись, а потом очухается. Но что-либо изменить уже будет поздно.
— Кх-кх, — пока я плавал в облаках размышлений, кто-то покашлял, будто специально. Я скосил глаза и увидел белокурую мадемуазель, которую почему-то слишком часто видел в последнее время. Ту самую, с выдающейся грудью и пленительной улыбкой.
Но самое удивительное было в том, что она, кажется, действительно пыталась привлечь моё внимание. Лёгкое покашливание было лишь крючком. Наживкой же стали белозубая улыбка и чересчур откровенный взгляд, которым она на меня смотрела.
И тут меня осенило: вот шанс, который мне предоставляется. Вот козырный туз, который побьёт любую карту и поможет сохранить Илью в составе звена. Главное, всё сделать красиво.
— Девушка, а что вы делаете сегодня вечером? — совершенно не стесняясь удивлённой секретарши, я обратился к блондинке.
— Подкат не оригинальный, лейтенант, — она как будто этого ждала. Даже заявляя, что подкат примитивный, продолжала улыбаться. — Хотите угостить меня кофе?
— Я бы мог просто любоваться вашей красотой и мне бы хватало, — галантно поклонился я. — Могу ли я надеяться хотя бы на это?
— Надежды юношей питают, — нестандартно ответила блондинка, что немного меня удивило. Возможно, она представляет из себя нечто больше, чем я предполагал. — Но если хотите пообщаться, лейтенант Телегин, то только в нерабочее время.
— Так вы меня знаете? — хоть я и удивился, но не сильно. В крайнее время мне часто говорили нечто подобное. Видимо, тот журналист постарался засветить мою мордашку везде, где только можно. — Что ж. Тогда и мне, для начала, хотелось узнать ваше имя.
— Младший сержант Василиса Пирогова — пресс-секретарь вице-адмирала Геннадия Леонидовича Шишкина, — девчонка, видимо, всё проделала специально. Она встала со стула, вытянулась во весь невысокий рост, продемонстрировала всё, чем обладает, и на небольшое мгновение замерла по стойке "смирно". На столь небольшое мгновение, чтобы я успел по достоинству оценить все достоинства.
Жаль только, её достоинства меня интересовали в куда меньшей мере, чем желание сохранить друга. Иначе бы я не упустил возможность за эти достоинства подержаться.
— Хм, — я прищурился. — Сержант, значит. Я выше вас по званию. То есть могу просто приказать.
— Ну, до этого ещё далеко, — Василиса отреагировала так, как я ожидал: она засмеялась. Что говорило о том, что она совсем не против пофлиртовать и почесать языками.
Следившая за нами любопытная секретарша сердито кашлянула. Тоже, чтобы привлечь к себе внимание. Поэтому мне пришлось сменить дислокацию.
— По правде говоря, Василиса Прекрасная, — я сразу задействовал весь свой шарм, едва взял девушку за руку и отвёл в сторонку. — Я здесь как парламентёр. Я очень хочу познакомить вас с другом, который, увидев вас впервые, утратил дар речи. Мне даже пришлось всучить ему Букварь, чтобы быстрее восстановил навыки.
Василиса широко раскрыла глаза, что должно было означать удивление. И я поторопился продолжить, пока она не сбежала.
— Он — скромняга парень. Умница, талантливый пилот. Гений, практически. Но скромен до безобразия. Ни за что в жизни он бы не решился к Вам подойди. Даже если бы на всём белом свете вы остались вдвоём. Но он от Вас без ума. Смотрел и таял, как воск под палящим солнцем. Его сразу пленила ваша улыбка. Он мне так и сказал, когда пришёл в себя после обморока: Лёха, я не могу найти в себе сил, чтобы сказать ей в лицо, как она прекрасна. Ты сделай это за меня. А я пока выпью валерьянки.
Василиса смотрела на меня снизу вверх ещё какое-то время. Она всё ещё улыбалась, но уже по-другому. С некоторой задумчивостью и удивлением.
— Признаться, вы удивили меня, лейтенант Телегин…
— Алексей.
— Вы удивили меня, Алексей. Я знаю, кто вы такой. Слышала о вас и видела раньше. Но… Но как-то не ожидала, что вы… поступите вот так. Я думала… Я думала… Я думала привлечь ваше внимание.
— О, поверьте, вы его привлекли! Разве не видно, как слюни текут по подбородку? — я продолжил гнуть свою линию, хоть слова девчонки были чертовски приятны. — Но таков закон — третий должен уйти. Я не могу стоять на пути искренних чувств. Мой нерешительный друг никогда мне этого не простит. И не простит, если я вернусь ни с чем. Он будет очень рад, если такая красавица просто согласится уделить ему немного своего времени.