Наверное…
— Бедолага, — всё ещё смеясь, сказала Лена. — Из огня да в полымя.
— Таков удел лучших, — пафосно изрёк я. — Быть там, где в тебе больше всего нуждаются.
— Хорош, ничего не скажешь, — вновь усмехнулась она. — Хорош.
— А какой скромный! — весело подтвердила её подруга.
— И перспективный, девочки, и перспективный! — добавил я, вновь воздев указательный палец, давно несознательно переняв этот жест у Валентина Полевого.
— С этим никто спорить не станет, — согласились сразу обе. Получилось одновременно, что вызвало очень весёлый смех у обеих.
Я воспользовался ситуацией и обновил стопки.
— За то, что мы так прекрасно понимаем друг друга!
Девушки не стали отказываться, как не отказывались доселе, и мы дружно выпили. В этот раз я почувствовал лёгкое головокружение. Видимо, бак уже был хорошо заправлен. Надо попридержать коней. Иначе мой жеребец не выскочит из стойла, когда придёт время, а будет вяло выбираться, словно разбуженный посреди ночи уставший работяга.
— Пожалуй, надо проветриться, — больше себе, чем дамам предложил я. — Как у вас с танцами? Хоть мужики не танцуют, ради вас я готов изменить своим принципам.
— С танцами у нас прекрасно, — вновь первой отреагировала Лена. После выпитой стопки она впервые поморщилась, помахала ладошкой перед ротиком, как бы остужая пламя, а затем скушала сразу три виноградинки. — Пойдём, лётчик, проветримся.
Задрав руки вверх и продемонстрировав идеально бритые подмышки, она издала боевой клич, схватила свою не менее весёлую подругу и увлекла на танцевальный пол. Там они начали изгибаться и ритмично дёргаться в такт музыке. Смеялись и громко покрикивали. Ну и, конечно же, манили меня пальчиками. Манили одновременно, а потому, впервые после того, как лёд растаял окончательно, мне пришла в голову интересная мысль. Я даже удивился, что она раньше меня не посетила. Девчонки вместе пришли, вместе пили "маргариту", осматривая зал хищными взглядами, вместе пересели за мой столик, вместе отвечали на знаки внимания. Даже, вон, танцуют вместе. Похоже, всё остальное они тоже делают вместе. Почему бы не проверить, так ли это на самом деле?
Интересная мысль пришлась мне по душе. Возможно, "тройничок" наклёвывается. Возможно, мне удастся покувыркаться сразу с двумя. Как я всегда мечтал.
Я улыбнулся, снял китель, оставил его на диване и присоединился к девчонкам. Пристроился между двумя и двигался вместе с ними, абсолютно не беспокоясь о том, наступил мне слон на ухо или нет. Такая ерунда меня никогда не волновала. Как и мнение посторонних, которые, несомненно, уставились на наше наглое трио, ворвавшееся прямо в центр танцевального пола.
Мы отрывались по полной. Разгоняли пары алкоголя и конкурентов в борьбе за танцевальное пространство. Я выплясывал между девчонками, и они совсем не возражали. Вились рядом со мной, обвивали ручками, словно змеи-искусительницы. И даже во время медленных танцев не покидали меня. Мы танцевали втроём, как самый настоящий бутерброд. Я вообще не парился и нагло лапал каждую. За грудь, конечно, не хватал, но избороздил ладонями тело каждой прекрасной блондинки. И опытным путём выяснил, что девчонки явно дружат со спортом — процент жира в их телах крайней мал.
И они не возражали. По рукам я ни разу не получил. Наоборот: они украдкой щупали меня. Даже похихикали между делом, когда нащупали рельефные мышцы. Пришлось их добить правдивым рассказом, что, кроме лётного дела, я увлекаюсь смешанными единоборствами. И даже имею определённый успех на любительском уровне. В той же Лётной Академии в конце четвёртого курса вышел победителем на показательном турнире.
Это действительно их добило. Я сразу заметил те взгляды, которыми они обменялись после получения обновлённой информации. Весь вечер они всячески демонстрировали доступность и теперь, благодаря их мимике, я получил окончательное подтверждение того, что сегодня мне точно обломится. Так что когда мы немножко развеяли алкогольные парЫ и в обнимочку двигались в медленном танце, я думал только о том, какую завалю первой, а какая пойдёт на второе.
Слегка уставшие, но удовлетворённые, мы вернулись за столик. Я сразу налил в стопки по пятьдесят грамм, и мы дружно чокнулись. А когда выпили, воцарилось неловкое молчание.
— Ну что, мои прекрасные блондинки? — такое обращение не напугало их, а заставило улыбаться. Они получили подтверждение, что в моих пороховницах ещё оставалось достаточно пороха. — Как на счёт вина "до" и кофе "после"? Уверен, на Юпитерианской станции жизнь — не сахар. Одичаю совсем. Но, может быть, мы с вами сделаем так, чтобы воспоминаний о нашей встрече мне бы хватило на целый год?