— Мерцание всеми цветами радуги? — уткнувшись в записи, переспросил тощий очкарик, похожий на классического игрового задрота. Правда, я знал, что это один из известных учёных России. Я его видел раньше. Знал, что это какой-то гений, но не помнил ни его имени, ни фамилии. — Лейтенант, вы же понимаете, насколько этих данных недостаточно? Что ещё за мерцание? Объясните вразумительно.
— Эта мерцающая радуга кружилась. Затем увеличилась в размерах и ускорилась, как сообщила нам Деметра. А затем все системы истребителей отключились. Эта штука пожгла всю электронику. Хорошо хоть запасная электроэнергетическая система работала. Мы на резерв перешли, потому и остались на ходу.
Члены комиссии опять устроили игру в гляделки. Молчаливую игру.
— Я видел своими глазами, — тихо продолжил говорить я, с ужасом вспоминая, как погибал флот в абсолютной тишине космоса. — Как появилась Чёрная Дыра и всех сожрала. Она появилась из ниоткуда. Просто родилась прямо в космосе. Словно из другого измерения…
— Может, из подпространства? — подсказал всё тот же учёный.
— Может быть, — пожал я плечами. До этого момента, я не задумывался над тем, что, может быть, из ниоткуда — это оттуда, откуда умеем появляться мы — люди. Мы тоже можем появляться в космосе из непроглядной тьмы — из подпространства. — Я не знаю. Я всего лишь пилот, только закончивший академию.
— А объект? — не отставал очкарик.
— Он тоже появился из гравитационного облака… Я не знаю, как объяснить понятнее. Появилось чёрное-чёрное облако, сожрало флот и исчезло. Исчезло вместе с флотом. А потом… А потом вновь появилось. Деметра сообщала о зарождении мощного потока энергии. Тот объект был похож на астероид. Но он мог трансформироваться. И… Много ещё что, в общем. Я уже всё это вам рассказывал не один раз.
— Лейтенант, — перехватил инициативу подполковник. — Вы опять несёте какую-то чушь. Но мы, уж поверьте, со всем пониманием относимся к ситуации, в которой вы оказались. Мы понимаем, что провалы в памяти, галлюцинации и воспоминания о том, что вам казалось явью, на самом деле — сны истощённого организма.
— Да? — скептически усмехнулся я. — Понимаете?
— Конечно. Что мы нелюди, что ли? — я хотел, было, на этот риторический вопрос ответить утвердительно, да смог удержать свой рот под контролем. — Я позволю себе открыть вам несколько важных деталей. Пока идут дипломатические торги с американцами за то, чтобы они вернули нам обнаруженные истребители, мы можем работать лишь с вами… Да, вы верно меня поняли: пока они ни в какую не хотят передавать ваши "Центавры". Вас выходили, вылечили и переправили на Землю…
— Мы всё же на Земле? — впервые за незнамо сколько времени, я улыбнулся. Я был счастлив, что оказался дома. Я помню моменты, когда вернуться домой я уже не мечтал.
— Совершенно верно, лейтенант. Вы — здесь. Порите нам чушь и хотите, чтобы мы поверили вам на слово. И, пока у нас нет доступа к самописцам, вашу чушь мы вынуждены слушать. Но, поверьте, когда дипломаты — даже через международный суд, если придётся, — истребуют "Центарвы", ваш бред рассыпется, как карточный домик.
— А если не рассыпется? — улыбнулся я, почувствовав уверенность. — Если всё это окажется правдой?
Подполковник промолчал. На этот вопрос он не стал отвечать.
— Тогда нас всех ожидают бо-о-о-льшие проблемы, — медленно произнёс глава комиссии.
Опять возникла неловкая пауза. Впервые я осознал, что они, возможно, верят мне. Что рассматривают такой вариант развития событий. Напряжённая тишина как бы намекала, что страх эти люди испытывают не меньший, чем тот страх, который тогда испытал я. Ведь если они поверят в мои слова, вопрос "одни ли мы во Вселенной" будет окончательно снят с повестки дня. И не только для меня.
— Скажите, если уж на то пошло, как мы выжили? Что случилось? С тех пор, как пропала связь между истребителями, я вообще мало что помню. Практически уже не соображал.
Члены комиссии переглянулись. Слово взял пожилой профессор.
— Патруль с планеты Благодать запеленговал вас, лейтенант, — спокойно произнёс он. — Вы дрейфовали в открытом космосе вдалеке от стандартной зоны патрулирования. Но они вас засекли. Сразу опознали и отправили спасательную команду… Вы трое висели на волоске, скажу честно. Энергия в истребителях едва теплилась. Температура в кабинах давно ушла в минус. Вас спасли резервы кислорода в гермошлемах и, как ни странно, холод. По полученным от американцев данным, вы дрейфовали больше недели. Они нашли вас в крайне плохом физическом состоянии, быстро доставили на орбитальную станцию, поместили в реанимацию и выходили.