Агван слушал стеснительного Тищенко и помогал ему освоиться перед камерой, вместо того, чтобы легко превратить в рыдающий фарш. Слушал Терехова, и ни разу не спросил, что тот думал в моменты, когда вспоминал о беременной жене и приходил к пониманию, что она станет вдовой. Слушал Телегина и соглашался с выводами психологов. Пацан этот стойкий и упорный. Хоть в отчётах писали, что он импульсивный, Агван не заметил этой черты характера. Он лишь видел непоколебимость и желание защитить своих друзей от любой опасности. И Агван ничуть не удивился, когда услышал от Телегина, что тот держался до последнего. Когда Тищенко и Терехов уже утратили надежду, Телегин помог друзьям выдержать муки кислородного голодания и холод обледеневшего кокпита. Как настоящий лидер звена именно он сражался до конца.
Поэтому к финалу полуторачасового интервью Агван поменял своё мнение о пилотах. Он больше не считал их фартовыми выскочками. Он убедился, что ребята подходят друг другу. Дополняют друг друга. Им повезло познакомиться, выбрать общую и невероятно важную в нынешнем контексте стезю и стать не просто коллегами, а друзьями в полном смысле этого слова. И, слушая ответы, Агван вспомнил это забытое чувство. Вспомнил, что когда-то давно ему посчастливилось это чувство испытать. И потерять, потому что перестал ценить.
— Молодцы, — похвалил он парней, когда режиссёр скомандовал "стоп". Хоть на душе скребли кошки от внезапно нахлынувших воспоминаний, которые он старательно прятал на самой глубине, Агван нашёл в себе силы говорить искренне. — Держались достойно. Для первого опыта очень неплохо.
— Я, случайно, не заикался? — Илья вопросительно уставился в глаза Агвана.
— Нет, всё в порядке, лейтенант Тищенко, — улыбнулся тот. — Ваши слова шли от души, как я успел убедиться. Богдан Фёдорович может гордиться вами.
Илья потупил взгляд и неловко улыбнулся. Он считал, что всё прошло ужасно. Что у него тряслись колени, метались руки, а рот нёс полную чушь.
— Спасибо.
— Не за что, — Агван некоторое время молчал и разглядывал троих друзей. Увидел, как Телегин и Терехов с двух сторон подбадривающе похлопали по плечу Тищенко, и убедился в своей верной оценке характеров. — Позвольте дать совет, лейтенанты, — располагающая улыбка, казалось, не покидала его лицо. — Берегите друг друга, не теряйте… Жизнь полна неожиданностей. Каждый день может что угодно произойти. И если вы вдруг перестанете ценить то, что между вами есть, если это утратите, возможно, вернуть никогда не сможете. И всю оставшуюся жизнь вам придётся страдать от чувства невосполнимой утраты.
— Смирно! — вновь раздался командный голос Валентина Полевого, который стоял рядом и всё прекрасно слышал. Но отдал команду он по другой причине.
— Вольно, — руку от козырька отнял подошедший майор Ревенко — адъютант вице-адмирала Шишкина. — Лейтенанты Телегин, Терехов, Тищенко, вас желает видеть заместитель командующего. Вы здесь закончили?
— Так точно, — ответил за всех Полевой.
— Тогда прошу.
— Помните о моих словах, ребята, — Агван Акопян помахал рукой на прощанье.
Глава 14. Добро пожаловать в 1-ю эскадрилью
Засекреченная военно-воздушная база. Приёмная вице-адмирала Геннадия Леонидовича Шишкина.
Несколько человек в военной форме ёрзали на стульях перед кабинетом вице-адмирала Шишкина, ожидая, когда их вызовут. Друзьям же ждать не пришлось: майор, отмахнувшись от строгой секретарши, смело постучал в дверь. Сообщил о цели визита, отворил дверь и впустил друзей внутрь.
— Присаживайтесь, — вице-адмирал сидел за дорогим деревянным столом и рассматривал содержимое какой-то папки. — Спасибо, майор Ревенко. Закройте за собой… Ну что, лейтенанты, как успехи? Держите планку?