— Что хочу сказать, — обратила внимание Брада спокойным голосом, будто только что не наблюдала за гневной вспышкой наёмника. — Не знаю, в курсе ли стража о том, что мы здесь, или нет, но, думаю, отсюда нужно убраться и замести следы…
— Но как?! — негодующе воскликнула Тамара, указывая на мёртвых подруг.
— Мы их спрячем здесь. Не думаю, что они обидятся на нас. Дыру в стене завесим и завалим разным барахлом. Это всё временно. До утра точно всё решится.
Она отошла от окошка, и её тёмная крупная фигура превратилась в чёрный силуэт.
— Давайте поторопимся, пока какой-нибудь не в меру ретивый, хозяйственный солдат не пожелал обжить эту удобную пристройку. Думаю, в старой кузне у нас больше шансов не привлечь внимания.
Глава 12
Они перехватили парня прямо в коридоре. На вполне резонный вопрос Ройчи, что он делает в отдалении от их группы (и не шпион ли он часом бунтовщиков и мертвителей законного короля?) возбуждённый и вырывающийся юный благородный, поначалу вообще их игнорировавший (мол, наёмники — пыль под ногами знатных дворян), стал требовать принцессу Лидию — будущую королеву ему, видите ли, подавайте! В этом месте Листочек, находившийся и так не в лучшем расположении духа, испытал просто невероятное желание отпустить юному шестнадцатилетнему хаму хорошую затрещину, но вовремя увидел в глазах товарища затаённое удовольствие от происходящего — тот в который раз, пусть даже косвенным образом, пусть даже в такой сложной обстановке насмехался над высокорождённым. Но тут подвела его человеческая слабость — эльф в темноте видел на порядок лучше человека и не собирался давать тому очередной повод для шуток таким несерьёзным срывом. В конце концов, веселящийся человек якобы проникся серьёзностью происходящего и после весьма неприятных оплеух, которых не смог себя лишить, наконец-то соизволил выслушать осознавшего всю сложность своего положения чуть ли не хныкающего юнца.
Причина оказалась до банальности проста. Сладкая парочка родственников (в этом деле, как выяснилось, фигурировал ещё один персонаж — пожилой дворянин, оказавшийся таки на деле отцом парня) уединилась по вполне прозаической причине: они намеревались перепрятать ценности, случайно набранные в карманы в разорённых впопыхах покоях дворца, а после не очень удачно брошенные в одном из закутков при бегстве накануне пленения… А после как раз объявилась наследная принцесса с небольшим, но весьма воинственным отрядом и освободила их. В общем, выпала оказия довершить начатое — грех было оставлять пусть не заоблачных красот ценности и вещицы для бандитов, захвативших дворец…
Ройчи немедленно приказал показать оное. Это оказались вполне симпатичные женские украшения от серёжек, колец и браслетов до диадемы и ожерелья. Но было это всего лишь серебро, а не золото, и Листочек в очередной раз потерял дар речи от человеческой алчности и мелочности… И это дворяне, пусть и не бог весть какой знатности, но — считается — как бы лучшие люди королевства! В то время, когда гибнет их король и цвет двора, эти подобно крысам — клептоманкам, этаким ходящим по земле сорокам, падким на блестящее, тащат в нору потерявшее хозяев добро. И при этом рассказывают о собственной исключительности. Эх вы, люди, где же ваша гордость?
Листочек испытал сильнейшее огорчение и разочарование по поводу людей. Так уж сошлись звёзды, что именно сейчас его чувствительной душе казалось, что она потеряла нечто невосполнимое, причём, как ни странно, это касалось всего человечества в целом. При этом эльф как-то упустил из виду, что один яркий, отнюдь не потерянный, а очень даже найденный им (по аналогии с пиратским кладом) представитель слабой на испытания расы, именно сейчас находился рядом. И тут же Ройчи поспешил напомнить о себе хлопком по спине, вышибившем от неожиданности из груди эльфа дыхание и нарушившем таким образом псевдоочарование грядущего уныния и меланхолии.
— Не расстраивайся ты так, — радостно прошептал человек на ухо эльфу (повышать голос в этой настороженной темноте они как-то, не сговариваясь, постеснялись — витало в воздухе нечто этакое… грозовое, предвещающее как правило схватку и смерть, — жаль не золото, но Ностромо и такому добру обрадуется…
Наёмник даже и не подумал спрашивать мнение насупившегося мальчишки, резонно предположив, что проштрафившиеся мародёры и не пикнут по поводу этой конфискации (справедливости было бы им искать смешно), а очень даже нагло присвоил безделушки, возможно из-за которых и попали в неприятности отец и сын. Мало того, собрав и пересчитав украшения, он высыпал их в отдельный тряпичный мешочек и вручил на хранение обратно парню, потерявшему от иронии судьбы дар речи, с наказом в случае потери хотя бы одного наименования, срочно сбегать из королевства и просить политического убежища где-нибудь на другом материке, иначе в противном случае того ждут весьма и весьма болезненные процедуры.