— … этот молодой человек, пострадавший во имя справедливости, а точнее, в час прихода новой церкви, очень нуждается в услугах целителя… Было бы просто прекрасно, если бы вы помогли ему… Так сказать, жест доброй союзнической воли. А заодно показали свою силу, как человека с Даром…
— Не сомневайтесь, ибо вся моя сила от Него, — пророкотал усталый уверенный голос.
— Я и не думал подвергать сомнению очевидное, — с тонкой иронией ответил Бешенный. — Тем не менее, сделайте доброе дело, и, поверьте, это облегчит наши переговоры. А Зерги пусть останется с вами — он нуждается не только в физическом, но и душевном исцелении…
— Вы уверены? — скепсис был подобен яду.
— Ну, кто сейчас в чём-то или ком-то может быть уверен? Зато в случае необходимости он сможет вам помочь в неких деликатных вопросах. Либо послужит посланником — в самом крайнем случае — к нам. Ведь он жил в семье священника, и пребывание у вас не будет для него ново, нежели для кого-нибудь другого из братства…
Зерги чувствовал, как от ненависти крошатся зубы, и в голове наконец-то взорвалась яркая испепеляющая звезда…
Часть 2
— Ты зачем устроила это представление? — угрюмо спросил сидящий в кресле мужчина в низко надвинутом капюшоне.
— Ну, он был такой смешной, этот твой… человек, — раздался капризный голос, и в свете свечи появилась женщина около тридцати лет, привлекательная, но с таким властным взглядом, что её холодная красота становилась какой-то далёкой и неприступной. Подобные лица часто встречаются у высокорождённых эльфиек. Возможно поэтому она такая — из-за толики крови первородной расы — но такой, выковавшей черты женщины, отчасти характер, но не давшей долгожительства.
— Смешной? — озадаченно переспросил мужчина. Описать только что ушедшего подобным эпитетом было бы действительно… смешно. Профессионального военного и убийцу, очень хитрого и лицемерного, занявшего нынешний пост не только благодаря его, хозяина протекции, но и вопреки всем опасностям, что встают на пути к власти.
— Да! — женщина демонстративно топнула ножкой. При этом взгляд серо-голубых глаз остался прежним — она неотрывно следила за сидящим за столом мужчиной. — А где головы принцесс? Ты мне обещал их! Хотя бы старшей для начала.
— Обещал — будут. Сенешаль вон в твоей коллекции уже есть, — кажущаяся его бесстрастность не могла обмануть женщину, и она мысленно усмехнулась: мужчины так предсказуемы! Всего лишь незначительное тонкое воздействие на кнопочки из сочетания алчности, властолюбия и гордыни, и они падают к ногам, будто перезревшие плоды. А параллельно покажи себя ранимой, беззащитной, покорной плюс несколько слов восхищения и любования — и они становятся комнатными плюшевыми существами, которые — уже! — можно иногда гладить против шерсти, показывая характер, или становить в тёмный угол, лишая волшебного света нагого тела. И процесс воспитания практически завершён.
С Элием всё было так чудесно, пока в игру не вступила старая соперница Делайла. Баронесса свела практически на нет успехи в обкручивании короля, он всё ещё держался, послушный её ниточкам, но прочной связи не получилось — подруга — стерва, когда-то бывшая в её лагере, а затем внезапно испугавшаяся усиления соперницы, и двинувшая необъятную грудь и пышный зад на крепостные, но абсолютно беззащитные королевские стены, ослепила Его Величество, хотя и не полонила его разум, как это могла сделать её конкурентка. Она уже собиралась выложить свой козырь баронессе — бутылочку превосходного яду с южного материка, от которого жертва, прежде чем отбросить юбку, удивительным образом преображается и хорошеет. О, как бы она — Единый свидетель — безутешно рыдала над могилой так ужасно быстро ушедшей от них подругой, с каким бы удобством устраивала голову короля на своей такой мягкой и уютной груди, подсовывая горошины возбужденных от близости власти сосков в рот, прикармливая Его Величество!
Но всё в один момент, совершенно по глупой случайности пошло наперекосяк. Старшая дочь Элия, эта… эта драконья подружка, воспитанница безумной и мужеподобной Брады посмела пожурить отца о… неприличном оживлении вокруг его персоны. Какое она имела право влезать во взрослые игры, эта девчонка с саблей в заднице вместо более достойного даме предмета?!
И Элий, на вполне резонное её замечание, что нечего всяким молокососкам указывать взрослым, что и как делать, вместо доброго отеческого нагоняя, вызверился на неё за «непристойные отзывы» о его ненаглядной дочери. Побагровел, будто варёный рак, замахал клешнями, и если бы не её отменная реакция, быть бы ей битой…