Офелия поглубже вжалась в кресло и опустила голову на плечо, понимая, что двое суток без сна дают о себе знать. Закинув ногу на ногу и спрятав внутрь пальто документы, она сомкнула веки, чувствуя, как усталость стремительно одолевала ее, накрывая собой подобно необъятному мраку.
*
Два года Офелии снились сны с одним и тем же посылом, всегда она вновь попадала в Изнанку и путешествовала там в поисках Торна. Однажды ее вернуло в момент, когда он схватил ее запястье – момент, когда они оказались в двух разных измерениях. Во сне она его таки вытащила, но вскоре проснулась в холодному поту.
Два года ей снились сны, связанные с Изнанкой и Торном. Однако теперь не снилось ничего.
– Девушка!
Офелия резко распахнула глаза и попыталась сфокусировать зрение на говорящем: мужчина с видом уборщика смотрел на нее в небольшом беспокойстве. Офелия кулачком потерла глаза и выпрямилась в кресле, оглядывая помещение где находилась: театр. Свет горел.
– Который час? – сонно спросила Офелия, вставая с кресла.
Слуга посмотрел на наручные часы и поджал губы, его усы скривились.
– Десять минут пятого.
У нее в голове произошли ядерные взрывы: она опаздывала к Торну. Не помня ни слова, она проговорила извинения уборщику и забежала на ступеньки сцены под его нарастающее возмущение. Благо, неуклюжесть Офелии исчезла после компенсации и она не задела ни одну из декораций, проскользнула мимо толстых тканей занавеса за кулисы, разыскивая глазами зеркало.
Интендантство. Торн. С этими мыслями Офелия влетела в зеркало и тут же уперлась ребрами в позолоченные ручки шкафа: гардеробная была тесной. Контроль над происходящим оказался утрачен на пару секунд, она пыталась наладить связь с миром после столь быстрого прохода через весь Небоград. Офелия закрыла глаза и вновь их открыла, осознав себя в гардеробной Торна в интендантстве. С нужной папкой в пальто.
Офелия с облегчением вздохнула, руки и шарф вытащили папку и прижали к груди. Она вышла из комнатки в кабинет, где, как ни странно, никого не застала. Она удивленно подняла брови, изучая пустое помещение, и принялась думать, куда мог подеваться Торн.
Он мог отправиться в Небоград на совещание, мог быть у монсеньора, мог уехать за город, а мог просто сейчас отворить дверь и войти как ни в чем не бывало. Офелия подошла к столу, где не было ни раскрытых папок, ни книг, ничего. Стол с аккуратно сложенными стопкой бумагами и стаканом с карандашами и ручками оставался нетронут по меньшей мере несколько часов. На него она положила папку, что дала ей женщина в театре, и прислушалась к звукам из коридора.
Слышались тихие шаги из-за двери, словно бродил кто-то легкий и грациозный, не оставляя после себя ничего, кроме мягкого звука шарканья по ковру. Офелию напрягали шаги, уши самопроизвольно – практически инстинктивно – приподнялись, а глаза она широко раскрыла. Сонливость как рукой сняло, Офелия сейчас думала лишь об одном: что делать и кто мог просто так из стороны в сторону ходить возле кабинета интенданта в его отсутствие.
Папку оставлять опасно. Эта мысль ударила в голову моментально, и Офелия обняла ее руками, ругаясь потере пальцев. Прижав папку к себе, она сунула ее обратно внутрь пальто и медленно обернулась назад, поблагодарив абсолютно все на этой земле за отсутствие былой неловкости в движениях.
Шаги не прекращались. Словно тень Амбруаза, кто-то или что-то занималось ходьбой за той дверью, и Офелия боялась пошевелиться, чтобы не привлечь внимание. Мысль остаться здесь без Торна стискивала органы, но попытка побега через зеркало будет куда хуже.
Сама дверь была почти что закрыта наглухо, но небольшой просвет в коридор имелся, для чего Офелия и сделала два маленьких бесшумных шага вправо, надеясь увидеть нарушителя спокойствия. Судя по звуку, он шел вдаль, а значит должен пройти мимо двери. Она прищурилась, стараясь разглядеть пришедшего incognito получше. Происходящее – не рядовой случай. Незнакомец проскользнул мимо кабинета Торна, и Офелия не заметила в нем ни одной отчетливой черты, кроме высокого роста и черного как ночь тела. Словно высокий обугленный человек с маленьким весом прошелся, но Офелия лишь еще больше недоумевала, не зная, кто это. Быть может, в кабинете прятался Мираж и то была иллюзия, может, то ходит новый отголосок, созданный Лазарусом, а может, и сам Лазарус в маскировке.
Однако тень прошла, шаги ее затихли. Она хотела, чтобы Офелия ее увидела, и когда миссия была выполнена, канула в небытие. Офелия не понимала природу тени и не знала ее мотивов, но оставаться в кабинете неподалеку от нее было опасно, так что она юркнула в гардеробную и прошла сквозь зеркало с чувством назойливого страха.
Она не знала, где сейчас хотела оказаться, а потому с закрытыми глазами шла вперед, понимая, что коридор зеркал не кончался, а продолжался и продолжался. Офелия пропустила и поместье Беренильды, и особняк Арчибальда, и даже театр, проходя все дальше. Открыв глаза, она обнаружила себя в окружении отражений с празднествами и приемами, где полюсские аристократы любили проводить свободное время, даже не догадываясь о миллионах, которые должны налоговой. Офелия проскользнула мимо всех торжеств и вышла в почти пустой коридор. Она выйдет не в Небограде – это было ясно как день. А если не в Небограде, так за городом, где находились самые большие фабрики и заводы.
Молниеносно около левого плеча промелькнула та самая тень и прыгнула в одно из зеркал. Офелия почувствовала неладное и направилась за ней. В тени было что-то враждебное, поэтому Офелия старалась не терять бдительность за головокружением из-за слишком дальнего расстояния двух зеркал. Спустя два года с начала поисков Торна ей удалось развить свой навык проходить сквозь зеркала до невероятных возможностей, теперь она могла попадать на противоположные конца городов, пройдя сквозь одно зеркало, что ее сейчас и спасало.
Офелия вышла в тесном помещении, слыша тяжелый лязг металла и звуки пресса, паров и труда простых рабочих. Украшений на стенах не было ни одного, лишь пожелтевшая краска с буквами и цифрами – номерами. Горела под потолком лишь тусклая желтая лампочка.
Офелия попала на металлургический завод. Она со стуком спрыгнула на пол и проверила наличие папки: на месте. Убедилась в сохранности зеркала и подошла к металлической двери, воровато оглядывая коридор. Высокие потолки подпирали не только колонны, а и горы ящиков, как пластмассовых, так и стальных. Арматуры стопкой лежали у выхода из склада, серебряные и без единого дюйма ржавчины на себе.
Офелия развернулась в другую сторону, надеясь найти выход из завода, ибо через зеркало возвращаться сил у нее было мало, головная боль от преодоленного расстояния подступала стремительно. Из-за нее потолки словно стали выше, правая сторона наоборот опустилась и помещение оказалось словно искривлено. Звуки цеха слышались отчетливо, но Офелия не слышала их так хорошо, как в первую пару минут здесь. В голову постепенно начинало стрелять.
– Я хочу видеть аппараты в действии, – сказал строгий голос.
Она остановилась, навострив уши. Знакомый ледяной голос с непреклонной строгостью, который подкупить невозможно.
Что тут делает Торн?
Офелия обернулась и пошла в сторону голоса, стараясь не стучать каблуками ботинок уж очень громко. Ей не верилось, что из всех возможных мест она попала именно на тот завод, где находился Торн, но еще больше не понимала, почему тень привела ее сюда и хотела ли она привести ее сюда вообще. Офелия высунула голову из дверного проема и глянула в сторону низкого и несоизмеримо высокого мужчин.
Она не ошиблась: это был Торн, пусть расфокусированное зрение даже в очках сделало его на секунду мыльным. Офелия застыла, не в силах отвести глаз. Темный мундир с минимумом украшений, лишь с золотыми пуговицами и такими же эполетами был сшит точно по размеру и росту хозяина, а планшет с бумагами в руке добавлял строгости. Светлые тусклые волосы заправлены назад для удобства проводить инвентаризацию: Офелии показалось, Торн что-то проверял.