— Ну что, Поляна рыжая, — насмешливо протянул Главный посол, — о чем пришла просить?
— О веточках смородиновых, что у вас, Гурьян Ладиславич, в ларце зеленом лежат, — улыбнулась Ясна.
Наверное, будь у нее время, иначе себя повела и по-другому просила. Но у Мирослава два часа оставалось. И потому сейчас Яся об одном думала — какое ж счастье, что этой контрабандой ее начальник занимается. Здесь же он, рядом, руку просто протяни. А коль ветками тюремными снабжал бы ненашей княжич какой? Или министр? Сколько бы еще ей до них добираться пришлось, а потом к ним пробиваться, а что придумывать, чтобы они ее прямо там за слова дерзкие не испепелили? А так — чисто, быстро, бесшумно. Домашнее дело почти.
Главный посол на спинку стула откинулся — любил он удобства ненашинские — и сигареты из кармана достал. Молчал, смотрел, из сигарет колодец строил.
Ясна ждала, глазами по стенам водила. Час и три четверти у Мира, но она об этом думать не станет. Она о горнице этой подумает. Здесь наставник ее первый раз шампанским ненашинским напоил, когда о травах лекарских договор подписали. Поил чуть не через силу, Яся отбрыкивалась. Кричала, что невкусно, гадость эта язык колет. Здесь Гурьян Ладиславич хохотал, когда рыжая пришла со словами удивленными — отчет по золоту за волхвов только вчера на столе оставила, а он пропал. Он смеялся и повторял: никому тут верить нельзя, Поляна рыжая, сама виновата, что подставилась. Впредь умнее будешь. Здесь орал как на несмышленыша, когда она первый раз к дивьим потащилась без оберегов — ждать долго было, а Яся опаздывала.
— Давно знаешь? — спокойно спросил Главный посол своего заместителя, и Яся очнулась.
— С начала войны, — пожала плечами. И тут же продолжила, бумагу с фальшивым Мирославовым именем доставая. — Не мое это дело, Гурьян Ладиславич. Мое дело пленных выкупать. Вот за него просят веточки смородины. Времени мало, не успею предложить взамен ничего, не успею узнать, что им нужно.
Наставник дунул на колодец, тот и рассыпался. Спросил неожиданно:
— Это ведь ты племяннице княжеской все про животин волшебных начистоту выложила?
Ясна тихонько выдохнула. У Мира полтора часа осталось. Но она об этом думать не станет. Она про животных вспомнит, если наставнику об том поговорить надобно. И расскажет.
С тварями волшебными первые полгода войны ужас творился. Ненаши с сетями, намордниками да ошейниками, ловили волшебных животин на раз. Кого при себе оставляли, кого в зоопарки особые переправляли, кого — в частные коллекции, волшебной редкостью порадовать людей знающих. Вот Жар-птица в клетке позолоченой — ну красота же! Или алконост, еще интереснее, у той птахи лицо человеческое. А вот если крылышки обеим поджечь, у которой птички крик больше на человеческий похож будет?
Волшебные кони, волки и олени таскали в захваченных городах повозки. Жили в клетках размером три шага на четыре, не ели, не пили, дышать не могли. На семарглов ненаши ошейники надевали, которые током бьют. Баюнам когти железные спиливали.
Ясна писала, выкупала, договаривалась, сама летала забирать. И все просила у князей, у бояр, у начальников и воевод — спрячьте живность волшебную! Найдите место и спрячьте там всех. На что получала в ответ: отвяжись, не до тебя. У нас люди умирают, а ты о тварях печешься.
Через несколько месяцев терпение у рыжей лопнуло. Никому не говоря, она подстерегла племянницу любимую одного из князей и все ей начистоту выложила. Пару животин с собой взяла изувеченных, дабы те подтвердили. И фотографии ненашинские прихватила — для полноты картины. Девчонка посмотрела, помолчала, кивнула и ушла. Ясна уже подумала — ошиблись люди знающие, когда ей говорили, что девочка помочь сможет, потому что умненькая и сама животными с рождения бредит. Вот доложит дядюшке княжескому, что к ней гостья приходила тайная, и посадят тебя, Полянская, в казематы каменные. Ан нет. Седьмица прошла — все спокойно. А еще седьмица — и новость светлая прилетела о том, что вся живность волшебная в Китедж-граде схоронилась. Уговорил кто-то, дай боги ему здоровья.
— Я ей сказала, — подтвердила Полянская. И вдруг поняла, зачем начальник об этом спросил. Понять хотел, как далеко зайдет его Поляна рыжая. Удостовериться, правда ли берегов она не видит. И поняла, как отвечать нужно, чтобы шанс появился те веточки получить. Косы поправила на затылке и повторила ласково: