— Последняя аура принадлежит Ольге. Обратите внимание на насыщенность цветов и плотность внешней энергетической оболочки. На шестом снимке аура Ольги в начале наблюдения, смотрите, насколько сильны изменения. Может, вам станет легче от одного занятного факта, может, тяжелее, смотря как смотреть…
— Не тяните, вываливайте свой факт.
— Наши штатные сотрудники, ауры которых вы имели честь видеть на втором и третьем фото, наотрез отказались работать с вашей дочкой, свою блажь они не захотели объяснить.
— Что на бумажных носителях?
— Заключения экспертов о проведении анализа ДНК Андрея и Ольги. Образцы тканей вашего сына мы достали в больнице, где он лежал после удара молнией, несколько волос сняли с тренировочного костюма, оставшегося у его наставника по стрельбе из лука. Аналогично с Ольгой. В декабре она простыла, и ваша супруга водила ее в поликлинику, пары капель крови из взятого лаборантом анализа нам было достаточно.
— Что пишут эксперты?
— Несомненно, они брат и сестра.
— Насмешили.
— Да, смешно, если учесть, что одинаковый анализ ДНК дают только однояйцевые близнецы. Не делайте круглых глаз, спокойней надо быть, спокойней. У ваших детей они чуть-чуть не дотянули до близнецов, не в этом ли собака зарыта? Так-то, такие вот пироги с котятами. Выводы делайте сами.
— А Ирина?
— С ней проще, анализ показал, что она приходится им сестрой, и только, ничего неординарного за вашей старшей дочерью не зафиксировано, может, кроме ветра в голове, но, надеюсь, вы исправите положение.
Илья Евгеньевич аккуратно положил фотографии на край стола, обошел последний по кругу и тяжело опустился в свое кресло. В голове ученого царил сумбур. Генерал-майор обыграл его по всем статьям. Видимо, спецслужбы давно готовились к разговору. Для придания нужного эффекта составлялись психологические портреты и просчитывались реакции, времени у них было предостаточно. Что-то щелкнуло в голове бывшего директора:
— Материалы о работах, проводимых в конце восьмидесятых, Богородцеву подкинули вы?
— Зачем — подкинули? Тайна была продана за приличную сумму.
— Понятно, — устало произнес Илья Евгеньевич, откинувшись на спинку кресла. — Я буду работать, вы на это рассчитывали с самого начала и другого ответа не ждали, но к Ольге не подходите. Полезет кто — я его голыми руками порву. Хватит с вас дистанционного контроля.
— Я рад, что мы договорились. К последнему вопросу можно вернуться позже, через год или два.
— Даже не рассчитывайте!
«Время покажет, — подумал генерал, складывая в папку фотографии и результаты расшифровки ДНК брата и сестры Керимовых. — Крепкий мужик, умеет держать удар. Сработаемся».
— На этой мажорной ноте разрешите вас покинуть. Володя, молодой человек, оставшийся в приемной, отныне является командиром закрепленных за вами людей. С данного момента вы не делаете ни шагу без телохранителей. До встречи.
— До свидания.
В квартире было тихо. Жена еще не вернулась с работы, Ирина, как всегда, появится с первыми звездами. Илья Евгеньевич на цыпочках прошел в детскую. Ольга рисовала. В центре комнаты, на разложенном ватмане был изображен дракон. Керимов, не мешая дочке, присел на край кровати и наблюдал, как Оля, высунув от усердия кончик языка, раскрашивает мифическое чудовище. Рисунок получался замечательный, не скажешь, что рисовала одиннадцатилетняя девочка. Бон поднялся со своего коврика и, постукивая когтями по паркету, подошел к хозяину. Тяжелая лохматая голова пса легла Илье Евгеньевичу на колени. Правая рука ученого зарылась в густую шерсть на загривке собаки, пес шумно вздохнул и прикрыл глаза, наслаждаясь почесыванием за ухом.
— Хорошо тебе, Бон? — Шумный фырк в ответ, чеши, мол, не останавливайся. Керимов грустно улыбнулся.
Ольга отложила карандаши в сторону и повернулась к отцу, во взгляде скользит недоумение, сменившееся пониманием. Девочка переместилась с пола на кровать и взяла отцовскую руку в свои маленькие ладошки.
— Все будет хорошо, пап. — От пришедшего со стороны дочки тепла и участия стало легче.
В прихожей хлопнула дверь, звякнули о тумбу ключи, не снимая туфель, в свою комнату проскочила Ирина. Явилась — не запылилась.
— Рисуй, доченька, — сказал Илья Евгеньевич Ольге. — У тебя очень хорошо получается.
— Ты куда?
— Не бойся, не на работу, пойду с Иришей поговорю.