Читать онлайн "Три высокие женщины" автора Олби Эдвард - RuLit - Страница 13

 
...
 
     


4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 « »

Выбрать главу
Загрузка...

Он хочет прикоснуться к ней, чтобы успокоить.

А. (Продолжает) Не трогай меня! Я была здесь… и я была в коме, приходила в сознание и теряла его. Иногда я просыпалась и не могла понять кто я и где я, и кто все эти люди, что смотрят на меня? Иногда, я пыталась проснуться… но не могла, вернее, просыпалась на половину, но не до конца. Ты приносил мне цветы, ты приносил фрезии. Ты знаешь, что я люблю фрезии. Поэтому ты приносил их мне, потому что я люблю их! Почему ты это делал? Ты ведь ненавидишь меня: почему ты это делал? Зачем ты это делал? Тебе было что-то нужно. Подожди и все. Ты получишь все, что тебе причитается. В том моем вещем сне, я понимала, что умерла, но это уже не имело значения, я была абсолютно одна. Не было никого рядом со мной, и я была мертвой. Никого! Только шофер и служанка. Я была здесь уже около часа и была мертвой, и потом пришел ты, и у тебя были твои цветы, эти фрезии. Ты вошел в комнату, и они были здесь, и я была мертвой, и ты остановился на пороге комнаты, и ты все сразу понял, и ты остановился и ты… ! (с ненавистью) Я , что ты ! Твое лицо не изменилось. (грустно) Почему же у тебя ничего не дрогнуло? И вот ты стоишь здесь и думаешь, наконец, решаешься, подходишь к кровати, прикасаешься к моей руке, становишься на колени, и целуешь меня в лоб… для них! Они находятся здесь и они смотрят, и ты целуешь меня для ! Потом ты встаешь, все еще держа меня за руку, как будто…зачем? Ты ведь не знаешь зачем? Ты держишь мою руку, а моя рука холодная, да? Моя рука была уже холодная, не так ли? (Пауза)

Он смотрит еще раз на нее, плечи вздрагивают, он плачет, опять глядит на А. А отходит от кровати.

Б. Такие дела.

В. (медленно, но с большим чувством, беззлобно) Я… не стану… тобой. Не стану. Я не признаю тебя.

А. (с удовольствием) О? Да? Ты не признаешь? (Обеим) Да? Вы все меня не признаете? (К В) Ты отрекаешься от меня? (К Б) Ты, я думаю, тоже

Б. Опускает глаза.

А. (продолжает) Да, конечно. (К нему) И ты, конечно, от меня отрекаешься.

Он смотрит на нее.

А. (Продолжает; невозмутимо) Ну и хорошо. Я отвергаю тебя тоже. Я вас всех отвергаю. (К В) Не признаю тебя (К Б) Не признаю тебя. (К нему) и, конечно же, не признаю тебя. (Спокойно) Итак, я здесь, и я ото всех вас отрекаюсь; от каждого из вас.

В. Только и всего? А как же счастливое время… счастливейшие мгновения? У меня же их еще не было, не так ли? Все кончено в двадцать шесть лет? Не могу себе этого представить. Кое что было, конечно, те мгновения, которые покажутся мне счастливейшими даже тогда, когда я подойду к той черте, что уже не буду смотреть в прошлое с ощущением собственного ничтожества, хотя бог знает, когда это будет — не чувствовать свое ничтожество— если это вообще когда-нибудь будет. Конфирмация, например, какое прекрасное время: белое платье, пошитое мамой, Сью страшно взволнована и ревнует— вертится вокруг меня, дуясь одновременно. Но даже сейчас, понимаете, когда я вспоминаю, то, что я вспоминаю, не имеет ничего общего с тем, что я чувствовала тогда. Говорят, страдания забываются. А что если забывается и счастье…так же, как забываются и страдания? Может, все что мы можем помнить— это лишь воспоминания о наших воспоминаниях? Я знаю свое лучшее время— что это было? счастье? — счастливой я еще не была. Все еще впереди. Разве нет? Неужели? А… а когда придут несчастья, когда придут потери и разочарования, неужели это все не должно быть уравновешено? Неужели? Я не наивная, но должно же быть много и счастья в жизни. Разве не так? Неужели всегда все только впереди? Разве я не права? Я имею в виду чувствовать себя счастливой? Такого не бывает? Неужели?

Б. подходит к В, оставляя центр сцены для А. Б. кивает В, беззлобно.

Б. Глупая, глупая девочка, глупышка моя. Счастливейшее время? Ну… ну… всегда. Вот сейчас, например, счастливейшее время: половина пройдена, остальное впереди. Достаточно взрослая, чтобы, наконец, поумнеть, раньше ведь была полной дурой. (К В.) Не обижайся.

В. (глядя в пространство, с легкой усмешкой) Никто и не обиделся.

Б. Достаточно уже дерьма пройдено, чтобы учуять то, что впереди, и не сидеть, по уши в нем, как раньше. Должно быть это счастливейшее время — во всяком случае теоретически. Все в тебе разрушается, конечно — и твое дело следить за этим. Земля может уйти из под твоих ног — твоих замечательных длинных ног — и ты плюхнешься на свою задницу, развалишься по частям и начнешь загнивать, прежде, чем поймешь это, прежде чем поймешь, что это то и было счастливейшее время. Но я могу жить с этим. Да, страшно, но мне очень нравится это время — потому что пятьдесят — это пик, вершина горы.

В. (в сторону) Пятьдесят два.

Б. Да, я знаю. Спасибо. Что мне нравиться больше всего в этом времени, так это то, что уже через многое мне не надо проходить, многое меня уже не так волнует, как раньше, во всяком случае. Открывается вид на все стороны, на старость; странное, но по настоящему интересное время! Стоять здесь на середине и есть счастливейшее время. Я имею ввиду, что это единственное время, когда у тебя вид вокруг на триста шестьдесят градусов — ты смотришь во все сторону. О! Какой же тут вид!

А. (Качает головой, хихикает к Б. и В.) Вы прямо, как дети. Самый счастливый момент? На самом деле? Счастливейший момент? (Теперь к зрителям) Приближение к финалу, я думаю; когда все волны глубочайших страданий стихают, оставляя благоуханный покой, приходит время сосредоточиться на самой большой беде — и тут все освещается — тем, что это конец. Пройти до конца и выйти, не уйти совсем, конечно, но как бы… стать рядом. Не та чепуха о втором рождении, а просто возможность говорить о себе в третьем лице в здравом рассудке. Я проснулась утром и подумала, хорошо, теперь она проснулась и собирается понять что у нее работает — глаза, например. Она может видеть? Может? Ну, что ж, хорошо. Это уже много. Потом она проверяет остальное оборудование — суставы, то что во рту, а теперь собирается пописать. Что она собирается делать? Добраться до ходунков. Проползти от стула к стулу, опираясь на палку. Собирается ли он позвать кого-нибудь — хоть кого-то, но приходит мысль о том, что здесь никого нет, и она не произносит ни звука, думая, что уже умерла, и никто этого не заметил. Я могу. Я могу вот так глядеть на себя, со стороны. Так вот, что они имели ввиду, когда говорили, что я вне себя? Не думаю. Я думаю, что они говорили совсем о другом. Есть разница между пониманием, что и , что умираешь. Второе лучше. Это уже не теория. Я брежу, не так ли?

Б. Немного.

А. (К Б) Да, но нам уже девяносто или точнее столько, сколько мне сейчас; Ну так, дайте же девочке отдохнуть! (Опять к зрителям) Иногда, когда я просыпаюсь и начинаю вот так о себе думать — как бы, глядя со стороны — у меня ощущение, что я умерла, но, в тоже время, продолжаю жить, и мне интересно кто же это умер — я или та, о которой я думаю. Все страшно запутано. Я брежу.

(Она останавливает жестом Б) Да; Знаю! (зрителям) Я говорила…вот о чем: о приближении конца, да. Итак, ты спрашивала. Вот самый счастливый момент. (А смотрит на В и Б, протягивает им руку, берет их за руки) Когда все сделано. Когда мы остановились. Когда мы можем остановиться.

Финал
     

 

2011 - 2018