Конец дня обычнее некуда, но тут — звонок от Рикаса Сайруса. Шарлотта взяла трубку:
— Рикас. Что-то срочное?
— Не поверишь, но я не звоню тебе по несрочным вопросам.
— Не копируй меня и ответь внятно.
— Да. Нужна ты, желательно прямо сейчас.
— Поняла тебя.
Шарлотта оторвалась от телефонного разговора и взглянула на кучку полудурков, заполняющих пространство, и произнесла:
— Ещё раз повторюсь, я пришла не в цирк уродов, где мне предлагают взглянуть на ужасы. Смех сквозь слёзы — это через дорогу в таксопарк, за руль провонявших сигаретами малолитражек, — Шарлотта встала со стула и посмотрела на каждого. — Я могу хоть сейчас щёлкнуть пальцем и еда в кафе исчезнет совсем, как и отдел бухгалтерии вместе с начальством, которое так сильно заботится о питании своего персонала, — она села обратно на место и продолжила более спокойным тоном. — Мистер Марш, от вас я завтра утром жду на своём столе список укомплектованной восьмёрки. Мисс Бэкшоу — отсчёт, который вы должны мне были отправить ещё вчера по почте. Жду, Мистер Морти, список и таблицу, решите ещё вопрос с налоговой до следующего понедельника. На этом всё.
Через пятнадцать минут Шварц уже сидела в машине, а Зэен вёз её в бюро к Сайрусу. Лобовое стекло Мерседеса было мутным, почти ничего не было видно из-за сильного ливня. Работали дворники, которые еле справлялись со своей работой. До сих пор шёл дождь. Возле бюро стоял Рикас под зонтом. Лицо его было частично за ним спрятано, но по губам, которые выглядывали, можно было прочитать непривычную для Сайруса напряжённость. Мужчина открыл автомобильную дверь, протянул Шарлотте вежливо руку и улыбнулся, сменив серьёзную гримасу; она вышла из машины, не обратив даже внимания на подобное. Они зашли в помещение, в холл, где достаточно странно пахло: отдавало ванилью и пачули от ароматических палочек, стоящих на стойке администрации, но также отдавало сыростью и влагой. Рикас вручил кому-то из персонала зонт, предварительно отряхнув его от лишней воды, провёл Шарлотту мимо своего кабинета и открыл деревянную коричневую дверь, находящуюся через три после двери с гравировкой его фамилии. Она была без каких-либо опознавательных знаков, надписей или чего-то подобного. Просто дверь номер пятнадцать.
Небольшая аудитория, предназначенная для собраний коллектива. По середине большой тёмный круглый стол. Двое мужчин в возрасте около пятидесяти трёх - четырёх о чём-то перешёптывались. Рикас и Шарлотта вошли в помещение. Шварц увидела за этим столом ни кого-то незнакомого, непонятного, а Ханса Сайруса и доктора Миллера, того самого доктора, с которым Шарлотта разговаривала на похоронах родителей. Глаза Сайруса направились на старшую Шварц. Руки Миллера, лежавшие на столе, скрещенные в замок, слегка дрогнули. Шарлотта непонимающе взглянула сначала на Рикаса, который показал рукой, куда Шарлотте стоит сесть, затем взгляда удостоились эти два человека: Ханс Сайрус — полицейский в отставке, мужчина с явной сединой у висков, тонкими как ниточки губами и носом с горбинкой, с небольшим животом, в рубашке и брюках, он, как только зашёл Рикас, следил за действиями сына, Ортвин Миллер — хирург, чьё лицо уже раньше времени изрезали морщины, круглолицый, с широкими кустистыми бровями, глаза его смотрели неотрывно на ладони, одет был в полосатую кофту, поверх майки поло, коричневые штаны и ботинки.
— Итак, — откашлявшись, произнёс Сайрус младший.
— Ты объяснишь, что происходит? — Сказала Шарлотта, в сотый раз оглядев всех присутствующих.
— Шарлотта, я рад видеть тебя, — лилейно сказал Ханс Сайрус.
— Я тоже, рада, — наигранно произнесла та и повернулась в сторону младшего Сайруса.
— Ты просила меня узнать о прошлом твоего отца. Я занялся этим, но в очевидных источниках ничего интересного не узнал. Тогда я обратился к своему отцу, он рассказал мне историю о друзьях Шварца. Но пару дней назад я обратился в архивы, прошерстил все сороковые, пятидесятые, шестидесятые и прямо до сегодняшних дней.
— Так, — нахмурилась Шварц.
— Отец, не хочешь рассказать о том, как было на самом деле? У меня ведь в этой папке, — Рикас повертел в руках синюю папку, — всё, вся правда. Не лучше услышать нам с Шарлоттой от тебя? Господин Миллер, присоединитесь? — Сказал сурово он, расслабил галстук и сглотнул.