— Нет! — Выкрикнула Шарлотта и преградила Стивену дорогу. — Состояние слишком нестабильно. Мы не знаем, что может произойти, если подойти ближе. Это нужно исследовать.
— Ну ладно, — процедил сквозь зубы Джэймс и сжал руки в кулак, но смягчился сразу, как посмотрел на Элизабэт, которая косо взглянула в сторону старшей сестры.
В этот момент герои стояли перед возможно величайшим открытием в истории. Никто не мог даже представить, что может произойти, откроется ли этот таинственный портал, смогут ли они притворить мечты своих предшественников в жизнь.
Внезапно в гараж бешено ворвался Рикас Сайрус, от чьего прихода все были в полнейшем шоке. Стивенсон и Камбэлбоу постарались закрыть собой зеркала. За Рикасом в лабораторию вбежал с тростью в руках Herr Зэен.
— Он... — Зэен не мог отдышаться и взялся за сердце, облокотившись о стену. — Я просил его не заходить в гараж, но он не послушал! Шарлотта, я виноват! — Старик побледнел, у него участилось сердцебиение.
— Вам не хорошо? — Шарлотта подбежала к Дэну и помогла присесть на диван.
— Немного, но всё в порядке. Сердце. Не молодой уж, — Зэен выдавил улыбку и протёр платком, который достал из пиджака, пот со лба.
Старшая Шварц направила взор на Рикаса.
— О. «Три зеркала», — Бросил взгляд на лабораторию Рикас.
— Он знает о зеркалах? — Повысил тон Стив и злобно посмотрел в сторону Сайруса, затем на Шарлотту, которая подошла к Рикасу.
— Это срочно! — Сайрус потянул старшую Шварц за руку. — В твой кабинет.
— Но... — Не успела та сказать хоть что-то, как они уже торопливо шли по коридору наверх.
Шарлотта зашла в комнату, открыла шторы и села за кресло в недоумении.
— Секунду, — Рикас вытащил ключ из замочной скважины со стороны коридора, снова вставил его, только с внутренней, закрыл на два оборота. — Теперь можно и поговорить.
— Не видела тебя таким взволнованным уже давно, — женщина повела бровью и взяла со стола скрепку, начав крутить её в руке.
— Что ж, — Рикас вздохнул. — Я знаю, что не должен лезть в твою жизнь, но я узнал кое-что... Это очень важно...
— Правильно мыслишь, Ри-кас, — Шварц хмыкнула. — Ты не должен лезть в мою жизнь, мы договаривались, если забыл, однако... если это важно... то...
— Важно, — Рикас положил на стол чёрную сумку и достал оттуда папку, положив её перед Шарлоттой.
— «Штэфан Джэймс», — медленно и с интересом прочитала она. — И что это?
— Я знаю о твоих со Стивеном отношениях, — Рикас сделал акцент на имени Джэймса, поморщив нос.
— Откуда?
— Ты думаешь, мне неоткуда брать информацию? К делу. Это доказательства странного поведения твоего Стивена и моих опасений. С детства он был избалованным ребёнком, так как любовью и деньгами он был не обделён вообще никогда, деньгами в особенности. За всю жизнь менял девушек, как перчатки, в старших классах играл за команду по футболу. Ездил он на новой Феррари. Типичный мажор и мачо. Поступил в лучший вуз Германии, куда его пропихнули родители, в жизни не интересовался физикой или же химией. После смерти отца его отправили в психиатрическую клинику, где он пробыл год с учебниками по химии в обнимку. По словам сотрудников медицинского учреждения у него появилась зависимость от наркотиков и одержимость.
— Одержимость чем? — Шарлотта внимательно слушала Рикаса, листая страницы с фотографиями, копиями документов и прочим.
— Одержимость быть похожим на отца, но эта одержимость и стала причиной того, что он оказался в психушке. Знаешь, почему он там оказался? — Рикас опёрся руками о стол и внимательно поглядел на лицо Шварц, которая была в полном смятении. — Он стал говорить всем, что его зовут Генри Джэймс, Пользовался его документами, ездил на его машине, самое страшное, что он несколько ночей подряд уходил куда-то с лопатой, гробовщик на кладбище находил раскопанную могилу Генри, в гробу вместе с трупом лежал Стивен и кричал, что он тоже Генри, а раз Генри умер, значит должен умереть и он.
— Так. Стоп! Ты точно про Стивена? Ты говоришь будто о двух разных людях. Тот человек, о котором ты мне рассказываешь — псих!
— В клинике его вылечили, но желание стать таким, как и его отец, осталась. Он перевёлся на магистратуру в другой университет, стал просить называть его вторым именем его отца.
— Генри... Стивен... Джэймс... Боже, — Шарлотта вжалась в кресло и прикрыла рот одной рукой, другой она крепко сжимала кулон; глаза её были направлены на папку, где в подробностях описывалось всё то, о чём говорил Рикас.
— В том году он допил курс специальных препаратов. Врачи признали его полностью вменяемым. Но я подозреваю, что то, что он бегал за тобой, а потом добился таки ваших насовсем здоровых отношений. Каждому своё, конечно. Никого сейчас не осуждаю. Всё это последствия его расстройства.