Лаура взглянула на мужа, и внутри у нее возникло удивительное светлое чувство.
Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, послышался сильный шум из коридора.
— Я опоздала, опоздала, — услышали они, а потом появилась владелица голоса. — Я знаю, что опоздала. В «Tesco» было столпотворение. Дюжина Ведьм — это полный дурдом. Я с трудом...
В дверном проеме появилась большая, очень красивая, пожилая леди, которая была полной копией воплоти самой Элизабет Тейлор. Она была одета в длинное, аметистового цвета свободно платье, щедро расшитое серебряной нитью. С большим количеством серебряных украшений, которые еще больше привлекали к себе внимание, и на ней были туфли с очень высокими каблуками, с заостренными носами, фиолетового цвета, все в блестках. В руках у нее была большая коробка и четыре пакета из «Tesco».
Она остановилась, как вкопанная, когда увидела всю компанию. Сначала посмотрела на Наташу, сидящую на коленях на полу и открывшую альбом. Затем перевела взгляд на Лауру, рядом с которой сидел Виктор. Затем на яростно нахмурившегося Фазира, потом — на раскрасневшуюся Лили.
Наконец, она взглянула на Нейт.
И от одного взгляда на него, ее глаза комично расширились, рот открылся сам собой в негласном возгласе, и она изумленно просто стала пялиться на него.
Через секунду, она оторвала свой изумленным, ошеломленный взгляд от Нейта, переведя глаза на Лили. Она прищурилась, внимательно посмотрев на Лили, потом опять взглянула на Нейта.
В этот момент, она закрыла рот, по-видимому, придя к какому-то выводу. Она окончательно вошла в комнату, прямиком направляясь к Натаниэлю, Лаура затаила дыхание.
— Вы, — заявила она, скрипучим голосом и с каким-то только ей понятным смыслом, и ее лицо расплылось в совершенно потрясающей улыбке, — должно быть Нейт.
Она поцеловала его в щеку.
Лаура напряженно выдохнула, и, если не ошиблась, то Виктор кажется тоже.
Нейт подошел к столу, положив три фотоальбома и вернулся к женщине.
— Я возьму это, — и не дожидаясь ответа, забрал у нее коробку и пакеты.
— Галантный! — заявила она громко, словно он бросился перенести ее через лужу, чтобы она не намочила свои изящные туфельки. Лаура почувствовала сильное облегчение, что все ее годы, потраченные, чтобы привить своему сыну хорошие манеры джентльмена, наконец-то принесли свои плоды.
— Лили похоже не в состоянии говорить, а Фазир не отличался вежливостью даже в лучшие свои времена, я представлюсь сама, — объявила она. — Я Максин Грант, друг семьи. — Она прямо смотрела на Нейта, когда говорила это, но затем ее глаза переместились на Лауру. — Вы, должно быть, Лаура, — со страстью заявила она.
Лаура кивнула и подошла к женщине, протягивая руку.
Максин, Лаура быстро это поняла, была не тем типом женщин, которые пожимают друг другу руки. Как только их руки встретились, Максин крепко обняла Лауру, сильно прижав к себе, и поцеловала ее в щеку.
Потом она посмотрела поверх плеча Лауры на Виктора, ее радушное лицо и голос стали холодными.
— И могу предположить, что вы Виктор.
Виктор, который дорого заплатил (даже Лауре пришлось признать, что он заслужил это, несмотря на то, что она очень сильно его любит и понимает его действия) за свое поведение несколько дней назад, кивнул и правильно вычислил, что он не получит поцелуя в щеку от Максин.
— Максин, — провозгласил Фазир, как будто он собирался сделать объявление самого короля, — ты забываешь, что это не радостное воссоединение семьи.
Наташа вскинула голову от удивления:
— Да оно радостное, я же видела...
— Прекрасно! — воскликнула Лили, перебивая дочь, подойдя к столу и положив альбомы. — Пришло время перекусить.
Лаура заметила, как Нейт ухмыльнулся, посмотрев на Лили, и при виде этой ухмылки, Лаура почувствовала облегчение и какое-то странное чувство внутри себя, как если бы летела к звездам.
Лили подошла к Нейту, полностью игнорируя его ухмылку, даже не взглянув ему в лицо, забрала у него коробку и пакеты. Она попыталась сделать это осторожно, не дотрагиваясь до него, словно контакт с его кожей мог вызвать у нее ожог, как от кислоты. Она быстро направилась к двери, бросив через плечо:
— Максин, ты не поможешь?
Без лишних слов, обе женщины вышли из комнаты.
Все остальные застыли в ожидании, потом Фазир сделал своеобразное заявление:
— Мне нужно произвести челлинг, и кое-что сделать, — он потопал к двери, повернулся и фактически каждого взрослого пронзил своим яростным взглядом, — многое, – и громко топая вышел.
Прежде чем кто-либо успел среагировать, Наташа позвала:
— Папа, взгляни на это.
Нейт опустил взгляд на свою дочь и его глаза почти осязаемо загорелись теплотой. Лаура поняла, что он был счастлив. Она поняла это, хотя понятия не имела, что произошло наверху, но, чтобы там не произошло, Натаниэль точно знал, что все будет хорошо.
Лаура почувствовала, как напряжение полностью оставляет ее, Нейт сел на диван и нежно притянул к себе дочь, усадив на ногу. Обе их одинаковые темные головки, склонились над альбомом.
Виктор решил тоже присоединиться к ним, только Лаура продолжала стоять в полной нерешительности.
— Думаю, — сказала она, и все взгляды обратились к ней, — мне стоит пойти и помочь Лили и Максин.
— Давай, дорогая, — Виктор обнадеживающе подмигнул ей, но Лаура ждала подтверждения Натаниэля.
Кончик его рта почти незаметно приподнялся, и он еле заметно кивнул.
Больше ей было не нужно никакого одобрения от него, она почти выбежала в коридор.
Восемь лет назад Лили Джейкобс вошла в их жизнь, и все изменила. Лаура не могла объяснить, как такое произошло, словно кто-то заставил ее сделать так, приставив пистолет к голове. Факт оставался фактом — Лили должна быть с ними, частью их семьи.
Она и была частью их.
Затем произошло что-то ужасное (и Лаура очень старалась не вспоминать о том, что случилось, потому что было слишком болезненно для всех).
Теперь, не только Натаниэль, а они все должны сделать так, чтобы Лили вернулась к ним назад, завоевать ее доверие и возвратить ее на ее законное место.
Как только она увидела дверь кухни, ее шаги замедлились, потому что она услышала голоса.
Лаура не относила себя к тем людям, которые могли подслушивать, на самом деле, ее ужасала сама идея. Но приглушенные голоса Лили и Максин, и тон каким они говорили, заставил ее остановиться, она прижалась к стене и прислушалась.
— Лили, поговори со мной, — просила Максин, — скажи мне, что случилось.
— Ничего, — ответила Лили, даже Лаура, которая не видела ее лица, поняла, что это ложь, кроме того она произнесла это таким тоном, который полностью говорил, что обсуждать она не собирается.
— Ты не говорила мне, что он такой привлекательный, — сказала Максин, и Лаура услышала, как они зашуршали пакетами.
— Да не говорила, — ответила Лили.
— Ты... не... не. Он невероятно красив, — отметила Максин.
— Максин, я не хочу говорить об этом, — твердо заявила Лили.
— Невероятно красивый, — не испугалась Максин, — ты была к нему несправедлива, когда описывала его.
— Максин! Я ударялась в лирику, описывая красоту Нейта годами!
От этих слов Лаура улыбнулась и еще ближе наклонилась к двери, стараясь ничего не пропустить, оставаясь в тени, чтобы ее не застукали.
— Ты все еще не справедлива к нему, — пробормотала Максин.
— Я говорю не об этом, — огрызнулась Лили, явно теряя терпение.
— Хорошо, давай поговорим о том, почему ты раскраснелась, — Максин была как собака, почуявшая кость, Лаура восхищалась ею.
— Я не раскраснелась, — парировала Лили, и Лаура поняла, что она лгала.
— Ты…!
— Максин, перестань, — тон Лили звучал предупреждающе.
— Нет. Что случилось? Он что-то сказал? Что-то сделал? Я все же надеюсь, что он что-то сделал, — с жаром ответила она.
— Максин…
— Лили, милая, ты можешь сказать старой Максин.