Важный Птиц
так вышло, что приеду раньше. Если можешь выходи
- Иди! Вещи привезу, планшет тут оставлю! Если вернёшься - тебя больше не отпустят! - сказала зоркая Наташа, явно прочитавшая сообщение, если не в телефоне, то точно по моему лицу.
- А ключи?.. - жалобно протянула я, понимая, что куковать мне у подъезда, пока кто-то не придёт.
Наташа расстегнула свой необъятный кошелёк в котором носила всё, от паспорта до мягкого карандаша, и отцепила от резиночки ключ от моей квартиры. Оттуда же вытащила электронный пропуск.
- На! Я воспользуюсь твоим!
- Ты лучшая! Спасибо! Придёшь домой - котлет нажарю!
Важный Птиц
спускаюсь
Глава четвёртая, в которой договорились сыграть на слабо
Он поселился в моем телефоне. Он поселился в моей голове. Он поселился у меня под кожей. Последнее шёпотом, чтобы даже сама не слышала, потому что помешательства заканчиваются больничкой.
В тот день я будто обратилась какой-то беспокойной птицей. Уже дома поняла, что утром выходила на улицу другим человеком.
Мы ехали от института по пробке, хоть на часах едва доходила половина третьего, и он молчал. Тоскливо и громко молчал, а я слушала его дыхание и тихий шёпот на тему дорожной ситуации. Он удивительно сдержанно ругался, как персонажи юмористических скетчей, которые ведут себя преувеличенно уравновешанно. Когда кто-то ломился в ряд, он просто вздыхал: "Ну куда-а тебя понесло?" и отрицательно качал головой взбешённому водителю. Я бы часами наблюдала за этими молчаливыми беседами, потому что это ни капли не бесило. Мне всегда ужасно неловко сидеть с кем-то в машине в пробке. Вечно кажется, что водитель начинает ненавидеть всех и в том числе тебя. Ты сразу чувствуешь свою вину и за эту пробку, и за того парня, что не к месту перестроился. Редко встретишь человека, который в максимально нервной атмосфере, максимально приятен. Птиц был как раз таким. Приятным.
За окном с пронзительной яркостью распускалась моя третья студенческая весна, и я ощущала, что как птичка могу взлететь на крыши домов и смотреть оттуда на город. Во всём этом была поэтичная нежность, щемящая грусть, которая не позволяет нам просиживать такие дни и тем более вечера, в одиночестве. Птиц же, не выглядел поэтичным или одиноко-тоскливым, в поддержку мне. Он выглядел всё тем же пуленепробиваемым.
Я нахмурилась, когда машина свернула не туда и покатила к дендрарию.
- Что? Зачем?
- Пошли, побеседуем.
Только теперь я заметила, что он совсем не дружелюбен.
Не то чтобы до этого мы с ним пели песню Белль и Чудовища, держась за руки, или хихикая наяривали шаурму на набережной, но я всё-таки считала, что ко мне неожиданно проявляют внимание. Это было не оно и не под тем соусом.
Со мной собирались порвать.
Я почему-то очень испугалась.
Чтобы вы понимали, я не брошенка. Меня никогда-никогда не бросали. Потому что я знаю лайф-хак! Тебя не бросят, если ты не будешь ни с кем встречаться!
Я хотела играть дальше, а он, я уверена, скажет сейчас, что я совсем чокнутая и на меня тоже найдётся управа. Что стоит ему от меня отвязаться в конце-то концов? Я не великий махинатор...
- Мария, - начал он. - Это всё весьма забавно, но я предлагаю остановить глупую затею с желаниями, - спокойно начал он. Мы шли рядом, и мне приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть его профиль. В итоге я нелепо прыгала, как смешная собачонка. - Давай начнём всё с начала и спокойно обсудим.
- Ага, - кивнула я.
- Мне не составит труда вытянуть Андрея из любой передряги, и да, это несправедливо, но это мой долг.
- Угу, - кивнула я.
- Но исполнять желания... это смешно! Ты не попросила ничего сложного и я догадываюсь, что у тебя есть мотивы, чтобы попросить меня подвозить тебя. И дело даже не во мне.
- Ага, - кивнула я.
- Ты хочешь убедиться, что Андрей наказан, я это понял. Он наказан. И поверь, серьёзнее, чем он думал. Он не просто совершил проступок, он совершил попытку преступления...
- Я думала вы не верите...
- А я не говорю, что кому-то верю. Так же, как я видел всё своими глазами, я мог и ошибаться. Порой не всё так, как мы считаем. И кстати, пациенту, который сегодня скончался был восемьдесят один год. Его супруга ждала его в коридоре. Когда я уходил, - Птиц остановился и обернулся ко мне. - Когда я уходил она сказала мне, что он лучшее, что было в её жизни.