Я вновь перешел улицу и поднялся по ступенькам, которые некогда вели на улицу Колокола, которую, как сказала Томоми Ишикава, разрушили. Здесь пролегала граница ее владений. Я вошел на чужие земли. Вместо старой улицы рос еще один сад, современный и бездушный. Наверное, его открыли всего несколько недель назад. Пожалуй, садам нужны годы, чтобы дозреть. Я продолжал идти вперед, к улице Пиренеев, потом перешел дорогу, ища глазами крошечную лестницу, ведущую на улочку Вздохов. Я поднялся по ступенькам и немедленно влюбился в узкий переулок, вдоль которого стояли строения самой разной формы. Современные квадратные дома из дерева и старые приземистые постройки с одичавшими садиками и дверями, которые открывались прямо на улицу (если так можно было ее назвать – там едва могла проехать машина).
Сад Вздохов находился справа – длинный, узкий, заслоненный соседними домами. Деревья по обе стороны нависали над дорожкой, в саду стояли два-три сарая с вывешенными памятками, которые я не стал читать, ящики для хранения семян и инвентаря – и пугало. Какой-то мужчина чинил садовый инструмент. Он посмотрел на меня; я улыбнулся и зашагал между миниатюрных делянок с цветами и травами. Я миновал лиловую стену, поросшую плющом, и достиг дальнего конца сада, где на маленьком замощенном пятачке стояли скамья и несколько стульев. Присев рядом с крохотным прудиком, сделанным из старой раковины, в которой рос высокий камыш, увенчанный белыми цветами, я стал смотреть, как вечернее солнце отражается от стен высоко над моей головой. Появились две женщины – одна что-то показывала другой. Когда они подошли ближе, старшая опустилась на колени и выдернула несколько сорняков. Поднявшись, она улыбнулась и сказала:
– Bonjour.
– Bonjour, Madame, – вежливо произнес я. – Ваш сад прекрасен.
– Спасибо, только он не мой, а общественный. Мы – просто местные жители, которые любят повозиться в земле.
(Мы оба говорили по-французски.)
– Он и правда чудесен, – я улыбнулся. Мне больше нечего было сказать, но она ждала, как будто что-то в моем голосе наводило на мысль, что я еще не закончил. Поэтому я продолжил: – Особенно хороши растения в этой штуке вроде озера.
(У меня из головы вдруг вылетело слово «пруд».)
– О да, очень красиво, правда? Этот маленький уголок создал месье Гиро. Он будет очень рад узнать, что вам понравилось. Месье Гиро! – окликнула она мужчину, который возился с инструментом, и тот неспешно зашагал к нам. – Monsieur хвалит ваш пруд.
Я покраснел, внезапно осознав, что прекрасно помню, как будет «пруд» по-французски.
– Про ваш сад мне рассказал один друг…
Я вдруг смутился. Не хотелось говорить с незнакомыми людьми.
– Я зашел сюда просто из любопытства и получил огромное удовольствие. Отличное место.
– Спасибо, спасибо. А как зовут вашего друга?
– О… она американка… она называет себя Бабочкой.
Хотя было чересчур большой вольностью называть ее Бабочкой в разговоре с незнакомцем, «Томоми Ишикава» казалось чересчур сложным для такой беседы.
Мужчина нахмурился.
– А вы мистер…
– Констэбл. Бен Констэбл.
– Филипп Гиро. – Он протянул руку, и я ее пожал. – Может быть, хотите взглянуть на цветочный уголок, за которым я ухаживаю последние несколько месяцев вместо одного моего уехавшего друга? Пожалуйста, идемте со мной.
Мне было совсем не интересно смотреть на чужие цветы, но я не сумел отказаться. Я последовал за ним по узкой каменной дорожке, мимо грядок с травами и дикими цветами, к яркой клумбе. Там Гиро остановился.
– Вот, – сказал он.
– Красиво, – заметил я. И, боясь его разочаровать, добавил: – Правда, очень красиво.
– Пожалуй, я оставлю вас на минутку, чтобы вы посмотрели получше, – произнес Гиро и вернулся к женщинам, с которыми заговорил вполголоса.
Ну и чего он от меня хотел? Неужели я был похож на странствующего знатока цветов?
Я не разбираюсь в растениях, а потому удивился тому, скольких из них узнал. На клумбе росли наперстянки, высокие маргаритки, львиный зев и еще какие-то цветы, свисавшие с куста, которые я определил как орхидеи. Откуда я знал все эти названия? После пятнадцати секунд усиленного созерцания я решил уйти и крикнул:
– Большое спасибо, приятного вам дня!
Я помахал и двинулся к выходу как можно быстрее, но все же стараясь не создавать впечатление поспешного бегства.
– Подождите, месье! – крикнул вдогонку Гиро.
Я остановился, и он поспешно зашагал ко мне.