Последние слова Драхир прошептал мне на ухо. Я невнятно кивнула и завалилась набок.
Нас заперли в камерах — на этот раз в трёх разных — в пустом каземате.
Голова гудела от боли, веки сами закрылись, и я уснула.
Глава 23, в которой мы говорим о мужчинах и видим их поступки
Проснулась от голода. Хорошо, что корзина с едой осталась в моей камере и стояла позади стола.
— Девочки, вы спите?
— Я уже нет, — послышалось от Шуры. Она сидела на постели, сложив ноги по-турецки.
— И я нет, — отозвалась Алёнушка.
— Есть хотите?
— Давай попозже… Я ещё не проснулась толком. Интересно, сколько сейчас времени? — огневичка поднялась и размялась.
— Наверное, уже вечер… на допрос нас водили в первой половине дня, это точно, — ответила я.
На лестнице раздались шаги, скрипнула дверь…
На входе показалась девушка, которую я никак не ожидала тут увидеть. Одна из отправившихся вместе с нами на конкурс невест. Как она оказалась в Минхатепе? Неужели её портал тоже выкинул в пустыне? Но почему тогда не вместе с нами?
— Лия? — удивлённо спросила я, поднимаясь с места.
Кажется, её звали именно так. Я тогда постаралась запомнить всех девушек.
— Привет, девочки. Как же так? — она спросила на русском, позади неё стоял высокий плечистый маг с сотканными из дымного марева крыльями.
— Такие дела. Помнишь меня? Я Вероника.
— Да! Журналистка…
— Журналистка, — согласилась я. — В прошлом. А сейчас — узница Фарая.
— Но что случилось? Как вы тут оказались? — Лия заправила за ухо русую прядь и с непониманием смотрела на меня широко распахнутыми голубыми глазами.
— Её молитвами, — саркастично заметила Шура, ткнув в сторону нашей целительницы. — Да, Алёнушка? Я, кстати, Шура.
— Лия.
— Это я уже поняла. А это кто с тобой?
— Ирихан Усалам, кузен Фарая.
— И Джаса с Рахом? — вздёрнула брови Шура.
Она скрестила руки на груди и уставилась на Ирихана с враждебным любопытством. Наверное, ей было интересно посмотреть на мага, которого так ненавидели братья. Когда Лия с Ириханом подошли поближе, я рассмотрела шрамы от ожогов на его лице и шее. Вкупе со странными крыльями, выглядело это устрашающе.
— Да, — неуверенно ответила Лия, переведя сочувствующий взгляд на меня. — Девочки, что произошло? Как вы тут оказались?
Девушка подошла поближе и вгляделась в моё лицо.
— Как оказались? Нам фартануло, — хмыкнула Шура, внимательно рассматривая гостей. — И компания подобралась отличная, и повезло звездец как. А уж император как по нам скучает, с ног сбился искать. Вот мы и решили дождаться его в благоустроенном месте повышенной комфортности. А то куда ж он без невест-то, буй ему в зад.
— Это сарказм? — недоумённо спросила Лия.
— Нет, это оргазм. Разве не похоже? — Шура склонила голову набок и посмотрела на Лию так же, как поначалу смотрела на Алёнушку — со смесью недоумения и неодобрения.
— Давай мы тебе всё по порядку расскажем? Садись, разговор будет долгим, — я показала на одно из кресел по эту сторону решётки.
— Не помню, чтобы давал вам дозволение на посещение темниц, — раздался раздражённый голос Фарая от входа. Он сбежал по ступенькам вниз и добавил: — Я запрещаю вам разговаривать с преступницами!
— И в чём их преступление? — шагнул к нему Ирихан.
Двоюродные братья принадлежали к совершенно разным типажам при довольно очевидном сходстве черт. Фарай выглядел утончённее, стройнее и элегантнее. Салонная версия Усалама против пустынно-боевой.
— Не твоё дело, кузен. Ты и так сунул свой горелый нос слишком глубоко в мои дела. Вон! — приказал Фарай, указав на выход.
— Не стоит накалять обстановку, — спокойно отозвался Ирихан.
— Не стоит выставлять меня идиотом перед всем Домом. Вон, Ирихан. Эти тихеррянки считай, что мертвы. Помяни моё слово, в последний огонь они войдут совсем скоро, и живыми. А ты сможешь на это посмотреть. На большее не рассчитывай! — зло процедил Фарай.
— Думаю, что я засиделся в пустыне, — задумчиво сказал Ирихан. — А тут столько всего занимательного. Если память мне не изменяет, это имение принадлежит деду, а не тебе. После смерти дяди Хунира мы на него имеем примерно одинаковые права, не так ли? Ты, я и Фаль. Пожалуй, я останусь тут погостить на какое-то время. Очень уж интересные вокруг тебя творятся дела, Фарай. И да — теперь, когда на свободе гуляет группа фидиров с клещами, дни фидий сочтены. И я останусь, чтобы убедиться в том, что ты этому не сможешь помешать.