– Ну и что, что взрослый встретится? – произнес Саша с вызовом. – Ты ведь сам говорил, что они обманули про горку под током, они наврали! Значит, и про Незнакомцев наврать могут! Ты слышал, какие они бывают? Они же друг друга убивают, детей убивают! А ты говоришь – спрашивать у них и верить…
– Взрослые разные, – согласился Женя. – Возле них тоже карточки ставить можно, как сегодня.
– А с кем советоваться, какую ставить? Скажи, если умный.
– Ставь везде улыбку, – сказал Женя, подумав. – Если ты к ним с улыбкой, они постесняются быть плохими. А если не постесняются – ставь слезы. А если они прощения попросят – снова улыбку ставь.
– Получается, возле одного человека можно три карточки ставить.
– Получается, – мальчик улыбнулся. – Сахар и динамит, всё вместе.
– То сахар, то динамит! – засмеялся Саша. – Со мной так бывает!
– И со взрослыми бывает. Они ведь тоже маленькими были.
– И так всю жизнь? Ведь сам в себе запутаешься!
– Точно! – воскликнул Женя. – Точно! Я уже путаюсь! И в жизни запутаешься, она ведь живая! Перед ней тоже одну карточку не поставишь – только три.
– Как собака: может руку лизнуть, а может укусить!
– Точно! – он почти с испугом взглянул на Сашу. – Ты сегодня как Страшила.
– Как это?
– Ну, он получил у Гудвина мозги с иголками и сразу поумнел.
– А что, иголки торчат?
– Поумнел ты. Мысли торчат. Я раньше думал, что я умнее. А теперь – не знаю.
– Есть таблетки такие, витамины, от них умнеют, – очень авторитетно заявил Саша.
– И давно пьешь? – полюбопытствовал Женя.
– Не пробовал еще.
Мальчики рассмеялись и долго не могли успокоиться.
– А дети из сказки, – сквозь смех проговорил Женя, – они, наверное, до этих таблеток добрались!
– А гномик их остановил, чтобы не умнели! – добавил сквозь смех Саша. – Пудру когда ели – не останавливал!
– А то поумнеют и пудру есть перестанут!
– И в гномиков верить перестанут! – Женя вдруг резко посерьезнел и спросил: – А ты в гномиков веришь?
– Только в гномиков или вообще? Ну, во всё такое?
– Кажется, ты съел те таблетки.
– Просто мы сейчас не в детском саду. Надо умнеть, – сказал Саша, тоже посерьезнев.
Женя посмотрел на друга очень внимательно и проговорил:
– На чтении я расскажу одну историю.
– Как в прошлый раз, из Библии?
– Да.
– А зачем ты их рассказываешь? Это же не сказки.
– Не сказки, – рассеянно согласился Женя и прибавил, чему-то изумляясь: – Как совпало!..
У доски на уроке чтения он стоял с тем же изумленным выражением на лице, это заметила даже Света, сидевшая на задней парте; и Лидия Михайловна, сидевшая рядом со Светой, тоже заметила это и смотрела на мальчика с тревогой; и все это заметили. Он стоял и молчал, и говорить начал, будто очнувшись, лишь после того, как его окликнула Маша, или Мария Ивановна (как с таким именем-отчеством не быть учительницей, – шутили все), – именно она вела в тот день урок чтения.
– Женя! – окликнула она негромко, но мальчик сильно вздрогнул, посмотрел в класс, улыбнулся Лидии Михайловне и начал говорить.
– Сегодня будет опять не сказка, – сказал Женя.
И, как и на прошлых уроках чтения, когда он рассказывал библейские истории, выполняя секретные задания Лидии Михайловны, – как и тогда, он почувствовал, что говорит вроде бы даже и не совсем он, хотя он, конечно, он, кому же еще говорить, все видят, что он… Вот только говорить ему было очень легко, как будто по бордюру идешь и не свернуть ни вправо, ни влево, и даже не думаешь об этом, ведь так приятно идти по бордюру – идти и быть выше своего роста; на бордюре не побегаешь, не попрыгаешь, но даже самые непоседливые дети очень любят тихонько прогуливаться по бордюрам.
– Это было, но было очень давно, – продолжил он, шествуя по незримому бордюру и встречая по пути нужные слова и мысли. – Однажды Бог сочинил прекрасный мир. В нем не было ядовитых растений, а все животные и птицы были добрыми. В том мире где угодно можно было ставить карточку с улыбкой. Потом Бог сотворил людей – Адама и Еву – и подарил им этот мир. Адам гулял по этому миру и давал названия всему, что видел. И всё, что видел Адам, повиновалось Адаму и любило Адама.
По всему райскому саду стояли карточки с улыбками, но возле одного дерева сам Бог поставил карточку со слезами. И Он запретил людям есть плоды с того дерева – сказал, что если они съедят плоды, то будут много плакать, а потом умрут. А на ветвях этого дерева жил змей, он был очень обижен на Бога. Змею хотелось кусаться, а Бог сотворил его без жала. Тогда змей подумал: «Я всё равно укушу их!» И он сказал Адаму и Еве, что Бог поставил возле дерева не ту карточку. «Есть еще карточка со знаком вопроса, – сказал змей. – Если вы попробуете плоды с этого дерева, то станете очень умными и всё-всё узнаете. Вы узнаете, что такое добро и зло».