Все началось пару недель назад. Тогда они с отцом вернулись из длительной поездки, и мать заметила, что некоторые вещи не на своих местах. Кое-где они передвинуты, чего-то просто не было, как старинной игрушки Яни. Собственную возрастную забывчивость Патрисия признавать отказывалась. Отгоняла она эту мысль так настойчиво, что дочь не могла не поверить.
Да и какая нормальная женщина признает, что у ее мамы, как это называл Нелин, «фляга начала свистеть»?
Список странностей пополнялся: пропавшие яблоки у соседей, шумы на чердаке. Женщина так и продолжила бы перечислять, если бы Марианна ее не остановила.
— Так, — судя по тому, с каким видом мать говорила, версию она уже придумала, — ну и твои мысли?
— Мне кажется… — она придвинулась к дочери ближе, почти согнулась над столом и прошептала: — что в нашем доме скрывается этот самый Джек-прыгун.
Ну… Внутри девушки все оборвалось. Мать до последнего тянула интригу, и младшая д'Алтон верила в серьезность проблемы. А выходило так, что это еще один случай массовой истерии. Двадцатый за месяц. Не было ни дня, когда кто-то не увидел бы этого монстра в каком-нибудь районе города.
— Мам, Камаль его поймал три недели назад, — как полной дуре, объясняла полицейская.
— Он взял не того. Я читала про все нестыковки. Мартин — приличный мальчик и не смог бы… нет. Он точно ложно обвинен.
— В газетах?
— Что «в газетах»? Говори нормально, я не понимаю!
— Прочла ты про нестыковки в газетах?
— Да-а-а. — Мать взглянула на дочь, словно на умалишенную. — А где бы я еще это прочла.
— Не из материалов следствия? А газеты не принадлежат ли случаем «Дуарте логистикс»?
— И что это меняет? Как это меняет тот факт, что у нас на чердаке кто-то живет. Какой-то рукокрылый монстр, который уже покалечил семерых, залег над моей постелью, а ты…
Мари захотелось заорать: «Мама, какие монстры? У тебя соседка — варра, ей за сотню, а она выглядит лучше меня. Очнись — монстры уже давно живут вокруг тебя. Зачем ты веришь в эту чушь?»
Но вместо этого она только проводила маму до двери, старательно убеждая вызвать на денек дератизатора или дезинсектора. Талли пропустил женщину без возражений и, судя по жестам, осенил себя защитным знаком. Все — лишь бы не встречаться с вот такой мамашей снова.
Д'Алтон усадила мать в машину, напоследок повторив речь про совпадение, и велела водителю ехать домой. Мост в это время еще свободен. Если они выедут сейчас, то без проблем прибудут к вечерней радиопостановке. Аргумент Марианны возымел действие, и автомобиль умчался в направлении дома.
Когда машина скрылась из виду, Мари вытащила тонкую сигарету и закурила. Новость, что она теперь еще и курит, девушка решила придержать до лучшего дня. К счастью, Патрисия так и не просекла, что в почти пустом кабинете сигаретный дым мог исходить только от одного человека.
В три длинные затяжки она выкурила свой тонкий «гвоздик для гроба» до самого фильтра, и пошла обратно на работу.
— Инспектор, — помахал ей Талли.
— Да, прости за маму. Она…
— Плевать. Работа появилась.
— Что там? — Инспектор д'Алтон напряглась. Раз дежурный остановил ее, то там минимум есть труп, или дело просто сложнее, чем обычный гоп-стоп.
— Малкей и Стаур семнадцать.
— Это где?
— У самой границы участков. Там длинный угловой дом, который разделен между нашим округом и восьмым.
— А. — Мари кивнула. Она не помнила точный адрес, а вот сам дом вспомнила. Всем он был известен, как «половинка». Граница между участками прошла в этом месте так, что одна половина длиннющего доходного дома была прикреплена к ним, а половина — к восьмому участку.
Чем только руководствовались люди, когда так нарезали округа? Наверно, им просто было плевать.
— Ну и что там? Тебе сказали.
— Труп. Может, криминал. Убит на нашей половине дома.
— Давно?
— Говорят, что слышали борьбу, крик и после только стук часов.
— Херово. Чего ждали-то?
— Так… хозяева вызвали не сразу. Плюс туда-сюда. Они с другой половины дома, вызвали парней с восьмого, а те уже нас.
— Что, там уже кто-то работает?
— Там парень из наряда нормальный — Пол Бартон. Тебе понравится.
— Ладно, скажи, что я выезжаю. Только куртку нацеплю и шлем. И Талли…
— Что?
— Ни слова про мою маму, иначе я тебя на мотоцикле перееду, понял?
Глава 4
Прокурором был не д'Алтон, и это чувствовалось. Четвертак не разводил бы политесы, а каждым словом заколачивал бы по гвоздю в крышку гроба малыша-Мартина. Сейчас же, глядя на то, как прокурор мямлит что-то невнятное и бессмысленное, Камаль захотел подойти и отвесить ему оплеуху.