Форд вышел из машины — он просто обязан был это сделать.
— Ух, ты.
— Тебе нравится? Посмотри-ка. — Она повернулась, давая возможность полюбоваться глубоким вырезом на спине и легкомысленными перекрещивающимися завязками.
— Нет слов. Никогда не видел тебя в платье, а это просто потрясающе.
На ее лице мелькнула тень беспокойства.
— Слишком вычурное для пикника на заднем дворе? Я могу переодеться — пять минут.
— Во-первых, только через мой труп. Во-вторых, я бы никогда не назвал его вычурным. Ты выглядишь по-летнему сексуально, как сливочное мороженое с сиропом. Теперь я думаю, что нужно почаще водить тебя в те места, где принято надевать платье. Например, на торжественные обеды.
— Я предпочитаю пикники на заднем дворе.
— Их никто не отменял.
Она думала, что поначалу будет испытывать неловкость — все эти представления и светские разговоры были не для нее. Но со многими она уже была знакома, и праздник оказался легким и приятным — как задний двор Мэтта с огромной террасой и дымящимся грилем. Джози, хорошенькая беременная жена Мэтта, почти сразу же оттащила Силлу от Форда.
— Вот, — сказала Джози, вручая Форду пиво. — Можешь быть свободен. Вино, пиво, безалкогольные напитки? — спросила она Силлу.
— Пожалуй, начну с безалкогольных напитков.
— Попробуйте лимонад, очень вкусный. А потом я минут на десять украду вас — вон туда, в тень. Я бы не прочь прогуляться, но на восьмом месяце моя походка выглядит не очень привлекательно. Ужасно хотела с вами познакомиться.
— Приходите в любое время, буду рада.
— Я уже пару раз собиралась, но мне помешало вот это, — она похлопала себя по животу. — И вон то, — она махнула рукой в сторону детей, играющих рядом с качелями. — Паренек в синих шортах и красной рубашке, обнимающийся со Споком, — это мой. Так что не смогла выкроить время, чтобы пригласить вас к себе или самой взглянуть на то, что у вас там творится. Судя по рассказам Мэтта, нечто потрясающее.
— Он здорово поработал. У него настоящий талант.
— Знаю. Я познакомилась с ним, когда моя семья перебралась в эти места. Мне было семнадцать, и я была возмущена, что из-за работы отца мне пришлось оставить Шарлотту и подруг. Жизнь была кончена. Но только до следующего лета, когда мои родители пригласили местных строителей, чтобы сделать пристройку к дому, и в бригаде плотников оказался молодой и красивый парень. На это ушло четыре года, — она подмигнула Силле, — он стал моим.
Вздохнув, она присела на скамейку.
— Уже скоро. Я обожала имя Кэти. У меня была кукла Кэти. И до сих пор есть. Берегу для нее, — она вновь погладила себя по животу. — В этот раз у нас будет девочка. Я видела почти все, а может, и все фильмы с участием вашей бабушки, и у меня есть «Танец в амбаре» на DVD. Надеюсь, мы узнаем друг друга поближе — вы общаетесь с Фордом, а я его очень люблю. Мэтт знает, что если он когда-нибудь мне надоест и я решу его бросить, то примусь за Форда.
— Думаю, в этом я похожа на вас, — улыбнувшись, сказала Силла.
От изнурительной жары люди спасались под зонтиками или собирались за столиками в тени деревьев. Дети, не обращая внимания на зной, карабкались на качели или, как щенки, с неиссякаемой энергией носились по двору. Силла подсчитала, что просторный двор Мэтта, прочная терраса и двухэтажный дом вместили около ста человек, представлявших пять поколений.
Она сидела вместе с Фордом, Брайаном и другими гостями за столом для пикника, заставленным тарелками с гамбургерами, хот-догами и разнообразными салатами. Со своего места она видела отца, Патти и родителей Форда, которые беседовали, сидя на террасе. Силла заметила, как Патти погладила отца по щеке, а он взял ее ладонь и, не прерывая беседы, поцеловал пальцы.
Острая зависть пронзила ее, смешавшись с пониманием. Они любили друг друга. Конечно, она это понимала — умом. Но теперь она это чувствовала — по рассеянным жестам, которые ни один из них, наверное, даже не вспомнит, если его спросить об этом. Простая, постоянно присутствующая любовь. Не привычка или согласие, не обязанность и даже не узы, образовавшиеся за долгие годы. Сколько же они вместе? Двадцать три, двадцать четыре года?
Они победили, несмотря ни на что.
Мимо них прошла Энжи — такая молодая, свежая, красивая — с долговязым парнем, которого она представила Силле как Зака. Энжи остановилась, и Силла пожалела, что сидит слишком далеко и не слышит их короткого, но оживленного разговора. Энжи положила руку на плечо матери и наклонилась, чтобы поцеловать отца, а затем ушла.