— Как это ни странно, везучей.
— Вас осматривал врач?
— Нет, это всего лишь синяки и шишки.
— Нам не помешал бы медицинский отчет: справка от врача с фотографиями ваших травм.
— Тут у меня еще нет своего врача. И я не…
— У меня есть, — перебил ее Форд. — Я позвоню.
— Мы допросили Хеннесси, — сообщил им Айрик, — пока предварительно. Он не отрицает, что протаранил вашу машину и пытался столкнуть вас с дороги. Утверждает, что вы угрожали его жене.
— Я заезжала к ней утром. Забыла тебе сказать, — она повернулась к Форду. — Плохо соображаю после всего этого. На самом деле я хотела поговорить с ним, но она сказала, что его нет дома. Мы поговорили на ее крыльце. Потом я уехала. Я не угрожала ни ей, ни кому-то еще. А если он думает, что разговор с женой — это повод столкнуть меня в канаву, то он правда сумасшедший.
— Когда вы разговаривали с миссис Хеннесси?
— Точно не знаю. Около девяти. После нее я поехала по своим делам. Останавливалась четыре или пять раз, от Фронт-Роял до Морроу-Вилидж. Я увидела его микроавтобус, когда он ехал от моей фермы, а я yже возвращалась домой. Он увидел меня, а через минуту уже гнался за мной. Он протаранил меня, не помню сколько раз. Не меньше трех или четырех. Помню, что меня бросало по всей дороге. Я задела ограждение и думала, что перевернусь. Потом оказалась в канаве. Наверное, если бы не ремень и подушка безопасности было бы хуже.
— Вы вышли из машины, — напомнил Уилсон.
— Точно. Злая, как черт. Начала кричать на него. Он кричал на меня. Потом толкнул. Еще раз толкнул, и я ударилась спиной о пикап. Он сказал: «Я вижу тебя». И опять поднял кулак. После этого я ударила его ногой.
— Как вы думаете, что он имел в виду, говоря: «Я вижу тебя»?
— Мою бабушку. Он хотел сказать, что видит мою бабушку. Ему кажется, что, причиняя вред мне, он добирается до нее. Он напал на моего друга, потом разбил мои вещи, а теперь принялся за меня.
— У нас есть доказательства только в отношении сегодняшнего инцидента, — сказал Уилсон. — Остальное он отрицает.
— Вы ему верите?
— Нет, но нам трудно понять, почему человек, которого обвиняют в нападении с использованием транспортного средства, опрометчивом создании угрозы безопасности и преднамеренном нападении, отказывается признать вторжение и вандализм. Дело в том, мисс Макгоуэн, что он, похоже, считает себя правым в сегодняшнем инциденте. Никакого раскаяния или страха перед последствиями. Если бы его жена не привела адвоката, мы могли бы добиться большего.
— И что теперь?
— Формальное предъявление обвинения, прошение об освобождении под поручительство. Учитывая его возраст и то, сколько времени он живет здесь, адвокат попросит, чтобы его отпустили под свою ответственность. А учитывая характер нападения и то, что он живет неподалеку от вас, окружной прокурор, вероятно, потребует, чтобы в освобождении под поручительство было отказано. Не могу сказать, чем все это закончится — может, чем-то средним.
— Его жена клянется, что он не покидал дома прошлым вечером, — Айрик раскрыл лежавший у него на коленях блокнот. — Что они ушли из парка сразу после того, как увидели вас, и он оставался дома всю ночь. Правда, мы выудили из нее признание, что он часто проводит время в комнате сына, запирается там, спит там. Так что он мог выйти из дома незаметно для нее. Мы этим займемся, обещаю вам.
Сразу после того, как детективы ушли, приехал отец Силлы вместе с Патти и Энжи. Они были просто в ужасе от произошедшего и так кричали, что не услышали, как появилась мать Форда с большим пластиковым контейнером для еды «Тапперуэр» и букетом цветов.
— Не вставай, бедняжка. Я принесла тебе куриный суп.
— О, Пенни, как это предусмотрительно, — Патти вскочила, чтобы взять цветы. — Я не подумала о еде и цветах. Я не подумала…
— Конечно, не подумала. У тебя голова была занята совсем другим. Силла, я прямо сейчас разогрею тебе тарелку. Мой куриный суп — универсальное лечебное средство. Простуда, грипп, синяки, шишки, ссоры с возлюбленными, дождливые дни. Форд, найди Патти вазу для цветов. Ничто так не поднимает настроение, как букет подсолнухов.
Патти заплакала, прижимая к себе цветы.
— Ну, ну, — Пенни обняла Патти, не выпуская из другой руки контейнер с супом. — Пойдем со мной, милая. Пойдем. Сделаем что-нибудь полезное, и тебе станет легче.
— Ты видела ее лицо? — всхлипнула Патти, направляясь вслед за Пенни в кухню.
— Не слушай ее, она просто расстроена. — Энжи села рядом с Силлой и взяла ее за руку.