Выбрать главу

Каждое утро родители отправляли меня в лес, ожидая новый рейд. Бежать было некуда, вне города прокормиться было не возможно. Да и ночи были настолько холодные что в лесу не переночевать без костра или без специальных приспособлений терморегуляции, а все это могло быть замечено захватчиками. 

Трицероны приходили раз в 5 дней, забирали 2-3 человека и вновь пропадали. Иногда приходили ночью, но пока родителям удавалось прятать меня. Так прошел месяц. Вооружившись бутербродом и книжкой я шла на ставшую родной поляну. Растянувшись на одеяле, я лежала погрузившись в ставший моей реальностью, мир Берроуза. Бутерброд благополучно кончился и я принялась за орешки. Я так увлеклась чтением что не заметила как на мою безопасную поляну трехрогой мордой раздвинув кусты, вышел трицерон. Я заметила его только почувствовав горячее дыхание на моей шее. Зверь стоял заглядывая через плечо в книгу. Я судорожно вздохнула понимая что скорее всего это последние минуты моей жизнь. Терять мне было нечего и я подняла ладошку с орехами к самой его морде.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Будешь?

Ящер удивленно скосил глаза на ладонь, фыркнул и отошел назад. Я не отрываясь смотрела на него. Опустив морду он начал меняться и через мгновенье на его месте стоял молодой мужчина, отличавшийся от моих собратьев только глазами. Черные без радужки с янтарным белками. Высокий, красивый. Даже пожалуй слишком. Темно русые волосы, чуть длинее чем привычно глазу. Прямой нос. Иронично изогнутая линия губ. 

-Я не питаюсь ростительной пищей, - слегка растягивая слова, произнес он, - я ем мясо тебе подобных.

-А ты пробовал орехи? - в обликие гуманоида он почему то перестал казаться мне таким ужастным.

Нет, зачем? Но если настаиваешь, - он подошел в плотную опустился на корточки намериваясь то ли взять губами орехи прямо с ладони, то ли откусить саму ладонь. Я зажмурилась. Прохладные мягкие губы коснулись моей кисти и орешки исчезли как будто их не было. Трицерон не поднимался и я не рисковала открыть глаза. Секунды казались вечностью. Я не выдержала и приоткрыла один глаз. Он смотрелна меня задумчиво жевал орехи. Слишком близко. Так близко что я ощущала его дыхание, отличавшееся от моего, он выдыхал сильно словно животное. От него приятно пахло чем то свежим, похожим на весенний ландыш, странный запах для столь ужастного создания.

-Ну как орехи? - спросила я не выдерживая его пристального взягляда.

-Ничего, но думаю ты вкуснее. Но я не стану тебя есть, ты необычная. Сама боишься меня до смерти, но не бежишь и не скулишь. И у тебя забавные волосы. - он пропустил сквозь пальцы прядь моих волос. Я скосила глаза на опускающуюся прядку

-Странные? Почему? Обычные рыжие. Или среди твоих соплеменников таких не бывает?

-Нет. Мне пора. Пожалуй я захочу еще тебя увидеть.

И он растворился в кустах. Я перевела дух. Самое ужастное, что я тоже хотелда бы увидеть его снова. Солнце клолнилось к закату и я засобиралась домой. В городе день прошел без посещения трицеронов. 

На следующее утро я шла на поляну одновременно страшась и желая увидеть его. Захватив с собой яблок и очередную книжку из старой библиотеки. Весь день я не могла сосредотолчится на чтении. Мысли снова и снова возвращались ко вчерашнему дню. Трицерон так и не появился не в этот день, не на следующий. Шел пятый день с нашей встречи и я перестала ждать. Я сидела присланившись к дереву, накрыв ноги одеялом, день выдался прохладным. Кусты раздвинулись и показалась трехрогая морда. Я так обрадовалась, что в первый момент даже не допустила мысли что это не он, кинулась на встречу и замерла в нескольких шагах. Зверь вышел на поляну и перекинулся в человеческую ипостась. 

-Привет закуска, неужели рада видеть меня?

-Да! -ляпнула я не успев подумать. 

Трицерон подошел в плотную, нас разделяло не больше двадцати сантиметров. 

-Так хочешь быть седенной?

-Ты ведь сказал, что не станешь есть меня. Я же забавная. - я не верила в его желания полакомится мной.

-Верно, не стану. Что ты мне принесла сегодня, -просил он общаривая поляну глазами.

Я оглянулась, из всего принесенного у меня оставалась толька пара вишен.