Ей надо подумать? Хорошо, он подождет до завтра. Пускай со всеми посоветуется, а сейчас — к делу. Пока нет ребеночка — нет никаких заграниц и никаких денежек, одну пачку которых Давыдов с собой прихватил, и та явно произвела вдохновляющее действие, поскольку Катюха с большим энтузиазмом начала снимать с себя одежду.
А через четыре недели Давыдов, примчавшись домой, закатил вечерок, сославшись на внезапное празднование окончания лета и наприглашав к себе всех, кто только согласился немедленно прийти. Явилось на удивление много народу, ведь уже давно не устраивались подобные сборища, поскольку период от Дня военно-морского флота до Дня октябрьской революции довольно застойный и продолжительный. Стельникова как следует потрудилась на кухне и, конечно, все исполнила на уровне. Она была предупреждена о празднике первой, еще утром, когда Данил узнал новость, которую он сейчас и отмечает, с трудом удерживаясь от того, чтобы при всех не кричать от радости. Гости здорово веселятся, и никто из них не догадывается, что именно сейчас празднуется.
Да, он к этому стремился, он все рассчитал, но это все равно невероятно! Его ребеночек уже есть. Он убедился в этом, побывав в Катькиной поликлинике и посмотрев запись в ее медицинской карте.
Его ребеночку две недельки. Он еще такой крошечный, что его почти не видно, он еще ни на что не похож, но он уже есть, и Давыдов может начинать его выращивать. Данил уже отдал сегодня Кате часть ее несметного богатства, и после того, как устроил праздник, он совершенно без денег, но разве это имеет значение?
Вторую часть — тоже пять тысяч — он отдаст, как только она родит, а третью — после развода в совокупности со всеми документами, и тогда — он самый счастливый человек на свете! Где он возьмет такие деньги? Одолжит, украдет, что-нибудь продаст, но он их достанет. Пока все идет просто отлично!
Катюха тоже настроена серьезно и уже собрала практически все справки и фотографии, так что можно переходить к оформлению документов на выезд в Италию. Она выбрала именно эту страну потому, что там нашлись у нее дальние знакомые, и они сделают Кате приглашение. Это тоже прекрасно — это намного облегчает проблему. А кроме того, итальянский язык не слишком сложный, и Катя, кажется, частично его уже выучила благодаря звучащим из всех углов записям фестивалей в Сан-Ремо.
Его ребенок родится в апреле, где-то во второй половине, как раз в районе дня рождения мамы. Здорово! Так же здорово, как и то, что Катька, похоже, никому ничего не разбалтывает и тихо живет в своей квартирке под неусыпным контролем Давыдова, который теперь, придя домой в любое время суток, моментально меняет военную форму на самую невзрачную штатскую одежду и, стараясь как можно меньше маячить на местности, отправляется на Пятый километр к своему инкубатору, внутри которого находится его драгоценность, чтобы проконтролировать наличие пустого места в холодильнике, исполнение физических упражнений и перерыть все Катькины карманы в поисках припрятанной сигаретки.
Однако Катя тоже человек двинутый, только на другой теме. Она в точности следует инструкциям Давыдова, сжав в кулак всю свою волю к победе.
Особенно сильное стимулирующее действие оказывает на нее вид аккуратненькой стопочки зеленых бумажек и постоянные напоминания Данила о шикарных средиземноморских курортах и об отдыхающих там миллионерах, которые, как уверен Давыдов, сроду не видали таких русских красавиц и вмиг попадают замертво, лишь только она появится перед ними на своей новенькой прогулочной машинке, которую купит, конечно, на честно заработанные деньги. Он даже принес ей кучу рекламных проспектов и журналов, привезенных из Киева, чтобы нейтрализовать неприятности, связанные с ухудшением самочувствия, которое оказалось временным, и через два с половиной месяца Катя была уже в полном порядке и успешно поедала все положенные ей продукты, которые Давыдов покупал лично.
Когда самый опасный для его ребеночка период завершился и Катьке уже поздно было передумывать, Давыдов смог немного ослабить контроль и всерьез заняться вопросом денег. Он еще никому ничего не должен, и сейчас он начнет брать в долг, а если этого не хватит, на момент рождения ребенка включится в дело его главный резерв: всемогущий финансовый воротила Валерий Борисович, который, конечно же, быстро со всем здесь разберется.
И Данил стал одалживать деньги. Само собой разумеется, ему никто не отказывал и никаких сроков не устанавливал. Данил знал, у кого какое материальное положение, и, конечно, не обращался к тем, у кого оно затруднительное. Он сразу же превращал рубли в доллары, переправляя их в Киев, и никуда не спешил, соблюдая полную конспирацию. Он вешал всем какую-то лапшу, да у него и не особенно выпытывали, зачем ему такие суммы.