— А ну, сядь на место! — вскочила Ленка, дернув его на рукав, будто швырнуть опять на табуретку хотела, и Данил невольно сел за стол снова. — Он сам! Да как ты все это сам… Нет, ну это что-то! Я такого еще не видела, честное слово.
Ленка пыталась успокоиться и решить, как ко всему отнестись и что ей теперь делать. Она, конечно, уже не сможет равнодушно взирать на то, что вытворяет этот ненормальный. Его же никто, никто не поймет! Если окружающие узнают правду, то будут до конца жизни тыкать в него пальцами, он останется один, даже если его не выгонят со службы — он же никого не поставил в известность даже о том, что втихаря женился! Неужели он всего этого не понимает? Или действительно он ко всему готов?..
— Данил, — сосредоточенно произнесла Ленка, доставая очередную сигарету. — Можно у тебя кое о чем спросить? Только ответь мне честно, я никому не скажу.
— Хорошо, Лена, спроси, я скажу тебе правду.
— У тебя что-то серьезное уже было в жизни? В смысле отношений.
— Да, Лена, было, — отвернулся Данил и решил опередить ее дальнейшие расспросы: — Это было для меня вообще все! Мы, конечно, не были женаты… но ни с кем другим я быть не хочу. Не могу просто! И не думаю, что смогу когда-нибудь.
— Да-а, — задумчиво произнесла Ленка. — Во дела!.. И что, ты думаешь, эта твоя Катя так просто ребенка отдаст?
— Ну а почему нет? — без всякой уверенности посмотрел на нее Данил. — Мы же обо всем договорились. Я заплатил уже. Часть.
— А когда ей принесут кормить, она вспомнит, о чем вы договорились?
Ленка смотрела прямо в лицо, и Данил, понимая всю справедливость ее вопроса, опустил глаза.
— А это… обязательно, Лена? — снова вскинул он на нее ресницы, и Ленка ничего не могла с собой поделать. Они так и сидели какое-то время, будто в гляделки играли, оба понимая, о чем именно сейчас без всяких слов договариваются.
— Ладно, — выдохнула наконец Ленка, откидываясь на спинку стула. — Поздно уже метаться. Но ты же понимаешь, что не надо всем рассказывать как есть? Пусть это будет так, что… она просто тебя бросила. Для Миши тоже. Родила и умотала. Согласен?
— Конечно, Леночка! — восхищенно смотрел на нее Давыдов. — Я так и хотел!
— И принеси мне ее медицинские карты срочно. Надо оформить их так, чтобы ее сразу привезли в нашу родилку. Там сейчас бардак полный, конечно, но я буду контролировать.
— Лена! Ты лучшая! — схватил он ее за руку, уже улыбаясь во весь рот.
— Да уж лучше некуда, — тихо пробурчала Ленка перед тем, как продолжить инструкции: — Я напишу список, что тебе нужно будет, но ты все успеешь купить, пока ребенок будет у нас в отделении. А все эти пеленки, ванночки… Они уже есть и пусть пока у меня остаются. Не дергайся сейчас и не светись раньше времени. Твоего гаврика я возьму на себя.
— А я так и думал, Лена, что ты человек! — Данил едва сдерживал слезы, поднимаясь из-за стола, и уже в дверях обернулся. — И я хочу, чтобы ты знала: ты тоже можешь всегда на меня рассчитывать. Вот просто все, что тебе будет нужно!
Эх, сказала бы ему Ленка, чего ей от него нужно! Интересно было бы тогда на него посмотреть. Подумал бы небось перед тем, как в благодарностях рассыпаться и смотреть так восторженно, выходя в подъезд.
Оставшись одна, Ленка вернулась на кухню, чтобы как следует обдумать свои дальнейшие действия. Решение принято, отказать ему она не смогла, и о моральной стороне дела думать уже бессмысленно. Ленка отлично помнит его рыжую Катю, которую видела в ресторане, и дамочка эта, по всему видать, тоже своего не упустит. Никто ведь не заставлял ее ребенка продавать, она добровольно на такое согласилась, и Ленка — преступница в гораздо меньшей степени! Она просто будет рядом, чтобы не дать возможности Катюше передумать. Ребенок Давыдова пострадать не должен, и такой мамаши им здесь точно не надо! Пусть просто без осложнений родит, иначе нет никаких гарантий, что в их сегодняшней ситуации неопытные молодые акушерки справятся.
Вот уж не везет их больнице с назначением новых заведующих родильным отделением! Не успели прислать кого-то из Москвы, как этот столичный специалист после пары месяцев работы укатил обратно, быстро разобравшись в условиях и реальных перспективах в закрытом военном городе.
А теперь и вовсе никого не спешат назначать потому, что ждут какого-то особенного доктора, который после недавней киевской ординатуры все больше по заграницам разъезжает. Обменивается опытом, стало быть, согласно последней моде. Каким именно опытом может поделиться молодое дарованье, всего пару лет в больнице проработавшее, Ленка слабо себе представляет. Видала она таких молодых да ранних докторов: наверняка тоже сынок чей-то блатной, как только согласился он в их город приехать! Можно себе представить, с каким гонором этот сопляк появится, и неизвестно, на что будет годен после немецких клиник, поработав там на всем готовом! И наверняка долго здесь не продержится подобно московскому карьеристу, и снова их родильное отделение с одними девчонками останется…