Она и за рулем сегодня вела себя, как идиотка, просто потому, что не смогла справиться с желанием поразить его своим водительским мастерством и явно перестаралась, вырвавшись на оперативный простор из-под его тотальной опеки. И чем этот ее перфоманс окончился? Теперь она таки будет варить борщи!
А еще ей очень интересно, почему он сразу же меняет тему, когда она пытается заговорить о его дочери. Почему он не хочет, чтобы она куда-нибудь одна выходила и с кем-нибудь, кроме него, общалась. К телефону не подходить, никого не впускать… От своей жизни за пределами этой квартиры он ее тоже, похоже, держит на расстоянии. Впрочем, они только третий день вместе, и, наверное, она слишком многого от него хочет, он и так, похоже, кучу проблем из-за нее здесь нажил…
***
Припарковав машину у нужного подъезда невзрачной пятиэтажной хрущевки, удивленный Давыдов вошел в дом и, подумав, решил все-таки подняться лично. Странное место жительства для владельца такой роскошной машины, да и сам его образ никак в подобные коробки не вписывался. Однако дверь никто не открыл, и Данил, спустившись, бросил ключи от угнанного сегодня «Мерседеса» в почтовый ящик. Что ж, он искренне хотел извиниться, тем более сам уже сто раз пожалел о своей дурацкой выходке.
Зачем он только согласился на эти автогонки вместо того, чтобы сделать именно то, что планировал? С завтрашнего дня ему на службу, никаких отгулов до выходных не предвидится, и когда будет следующая возможность официально подать с Элей заявление? А пока все так и остается неопределенно, все в подвешенном состоянии, и она вроде бы просто в гости к нему приехала! Что может удержать ее, если что-то ее здесь не устроит, если ей надоест в семейную жизнь играть?.. Никакого варианта расставания с ней у него нет, и если бы высшие силы ему немножечко помогли… Он остановился посреди улицы и поднял глаза к звездному небу.
— Пожалуйста!.. — прошептал он, вглядываясь в мерцающую темную бесконечность. — Если вы там на самом деле есть… Вы же все можете! Пожалуйста…
***
Эля вздрогнула, услышав стук в дверь. Не звонок, а именно стук — характерный, явно с каким-то смыслом, с короткими и длинными паузами между легкими ударами в деревянную дверь. Данил просил ее никому не открывать, но что, она так и будет жить здесь, словно привидение?.. Она вышла в прихожую, все еще колеблясь, но в дверь теперь позвонили, видимо, не достучавшись. Выдохнув, Эля все же решила открыть, как вдруг услышала звон ключей. Данил хотел проверить ее, что ли, перед тем как войти?.. Однако строить предположения было поздно: дверь открылась, и вовсе не Данил уставился на Элину с выражением крайней неприязни на высокомерном лице. «Наша Леночка» собственной персоной. И то, что дамочка сия «тот еще крысеныш», Элине стало ясно сразу. Ну что ж, Леночку сюда не зазывали, дверь ей Эля не открывала, никаких указаний, следовательно, не нарушила, так что пусть никто ни на что не обижается. Падать в обморок или превращаться в камень от такого эффектного взгляда Элина точно не собирается.
Но Ленка сохраняла на лице презрительное выражение просто потому, что заранее его заготовила и от неожиданности не придумала, как к представшей перед ней картине отнестись. Так это и есть та самая новая любовь Давыдова, из-за которой он бросил дочь контр-адмирала Чернова? Или здесь что-то совсем другое?..
— Здрасьте, — криво улыбнулась Ленка, рассматривая странную черноволосую девчонку в длинной давыдовской футболке, доходящей ей едва ли не до колен. Эта худенькая смуглянка, которая росточком не выше Ленки, смотрит на незнакомого человека во весь размер своих огромных черных глаз и улыбается так, будто ждет от Стельниковой чего-то чудесного. Так у Стельниковой есть! — А это ваше, кстати! — сказала Ленка, протягивая ей кота, и та посмотрела на него восторженно, будто на что-то необыкновенное.
— Вот это спасибо вам, тетенька! — приняла она из рук Ленки пушистого питомца. — Но я, честно говоря, лошадок больше люблю!
— Лошадок, — повторила Ленка, не понимая по ее виду, шутка это или подруга у Давыдова реально умственно отсталая. И сколько ей лет, интересно? Ленка надеется, она все же совершеннолетняя… — А меня, кстати, Леной зовут. Я соседка Данила с верхнего этажа…