— Слушай, — сказала она, — а как зовут эту твою… ну, такую симпатичную, со стрижкой?
— Анжела.
— Красиво зовут. А где вы познакомились?
— В автобусе, — мрачно ответил Давыдов: сейчас она выведет его окончательно.
— Правда?! — обрадовалась Эля. — Между прочим, мой брат тоже познакомился со своей женой в автобусе!
— Какое счастье! — Данил начинал повышать голос. — Значит, у тебя есть брат? Где он сейчас?
— Нигде, — Эля как-то сразу потухла, снова опустив голову. Но Данил продолжал допрос.
— Я что, спросил о чем-то необыкновенном?! Что ты строишь из себя загадку? Где твои родители? У тебя же есть родители!
— У всех есть родители…
— Ошибаешься! У моего друга, например, нет отца!
— А-а, непорочное зачатие!.. — сказала она как-то слишком зло, оскалив при этом мелкие зубы.
Данилу ее фраза показалась чудовищной.
— Да причем здесь это вообще! — Давыдов даже снизил тон. — Его отец умер!
— Мои родители живы. Наверное. Они просто со мной не живут.
— Почему? Они что, уехали?
— Считай, что уехали! И давай на этом завяжем, хорошо?! — она резко отвернулась, и Данил в течение нескольких секунд видел только разбросанные по спине черные волосы.
Эля встала и пошла к морю. Спустившись к самой воде, она стояла на отполированном водой валуне и смотрела на стайку маленьких шустрых рыбок. Хоть бы он посидел подольше там, наверху! Ей нужно время, чтобы втянуть назад свои привычные слезы. Она прекрасно умеет это делать, и через несколько минут они исчезнут без следа. Только бы он не начал снова спрашивать об этом!..
Что может Эля ему рассказать? Что ее мама, похоже, уже давно забыла, что когда-то родила дочь? Что ее мама, судя по всему, сама не знает, кто у Эли отец? И не знает, наверное, кто отец ее старшего сына, которого она назвала когда-то Золтаном и которого отвезла своим дальним родственникам в Краснодар, когда ему было десять лет? Она сказала ему, что он едет в гости, но забыла за ним вернуться.
Маленький Золтан несколько раз сам садился на поезд. Он знал, куда ему ехать, но мама всегда отвозила его обратно, и в последний раз — уже вместе с младшей сестрой. Он видел, как злятся на них эти самые родственники, но маму это мало беспокоило. Мама оставила их — чужих детей — в хорошей и вроде бы интеллигентной семье. Золтан понял, что они там — гости навечно. Но он не смирился. Он просто замкнулся. Он не обращал внимания на постоянные окрики и придирки старших, он никогда им не отвечал, общаясь только с их детьми — с двумя сестрами-близнецами и, конечно, с Элей, оставшись для нее единственным родным человеком.
Конечно, она не помнила всего, это Золтан ей рассказывал. Зато она прекрасно помнила, как смотрели на нее эти родственники. Как вздыхали они каждый раз, когда ставили перед ней тарелку или протягивали старую вещь, из которой выросли их девочки. Как эти светленькие белокурые девочки криво усмехались, глядя на цвет ее смуглой кожи, и говорили: «Эй, Маугли, человеческий детеныш, принеси-ка попить!» Как приходили их знакомые и, сочувственно качая головой, выражали свое соболезнование по поводу чужих детей в семье, поражаясь великой доброте и милосердию несчастных супругов по отношению к этим дикарям.
И хотя эти родственники старались Элю не трогать и изображали, что она им небезразлична, она их люто ненавидела. Их, их детей и всех сочувствующих знакомых. Она любила только Золтана, но любила его так, что ей не нужен был никто больше: ни отец, ни мать, никто! Только он, ее старший братец, который помогал ей сдерживать свою ненависть, который рассказывал ей сказки и учил ее читать. Его многочисленные друзья были и ее друзьями, она любила все, что любил Золтан, и думала так, как думал он. Она готова была прыгнуть с крыши их шестиэтажного дома, если бы только Золтану это понадобилось. Она тоже была нужна ему. Она была тем единственным существом, которое мог любить Золтан, перед которым он мог заплакать, выливая со слезами хоть часть обиды, которая всегда так сильно жгла его сердце.
Но конец их страданиям пришел неожиданно рано. В девятнадцать лет Золтан женился. Это была новость для хозяев, но не для Эли. Она давно уже знала об отношениях Золтана с его будущей женой. Золтан часто бывал у нее и брал Элю с собой. Иногда он оставался ночевать в ее доме, и Эля тоже спала в маленькой комнате возле летней кухни.