Однажды она уже убедилась в том, что ее мнение на этот счет абсолютно правильное. В тот день к сидящей на скамеечке во дворе Элине подсел один из дружков Золтана. Этот парень очень нравился Эле. Он всегда был веселый и разговорчивый… Эля обрадовалась его внезапному появлению и приветливо ему улыбнулась. И вдруг без всяких вступительных речей веселый парнишка предложил: «Хочешь, научу целоваться?» — «Нет!» — но он уже схватил ее за голову и, открыв свой слюнявый рот, прижался к ее губам, пытаясь раздвинуть ее судорожно сжатые зубы своим гадким мокрым языком. Когда она, наконец, вырвалась и в ужасе убежала, он громко заржал ей вслед.
И Эля решила раз и навсегда: это не для нее. Может, она чего-то не понимает в этой жизни, но больше она такого не сделает: она не позволит ни одному из этих слюнявых свиней к ней прикоснуться. И вот сегодня — пожалуйста! Этот озабоченный Дэни, которому отказала его Анжела, приглашает Элю в кино! Когда приглашают в кино, значит, назначают свидание.
Ничего, она устроит ему свидание! Пусть только попробует к ней пристать. Он думает, что она дурочка, ни черта в этом не соображающая? А Эле уже достаточно лет, чтобы она смогла за себя постоять. Кстати, если он сомневается в том, что она вполне взрослый человек, она ему это докажет! Она оденется так, как одеваются на свидание. Пусть посмотрит, что она тоже кое-что из себя представляет. На Элю никто не будет оборачиваться — она будет такая же, как все эти полуголые красотки, шастающие по городу.
Эля посмотрела на часы. Только половина первого. Еще пять с половиной часов до того момента, когда этот самонадеянный тип убедится, что она не робкая тупая овечка, а такая же грамотная, как и все остальные!
***
Она стояла перед зеркалом: ну что ж, она готова. Только она не станет выбегать к нему навстречу — пусть лучше сам подойдет, если ему надо.
Элина запрыгала вниз по ступенькам, пробежала по коридорчику, но перед дверью остановилась и медленно вышла, глядя в сторону.
— О, нет! Кто это?! — Данил театрально закрыл рукой глаза, но, конечно, все отлично видел сквозь предусмотрительно раскрытые пальцы.
В этой короткой юбочке она казалась еще более хрупкой, еще более юной и какой-то неуловимой. Ее худенькие ножки ни на миг не оставались без движения. Они шагали к нему, округло разгибаясь в коленках, когда Элина делала очередной легкий скачок. Было такое впечатление, что ее бедро не толще голени, но ни одной торчащей косточки, ни одного угла: плавная линия извивалась от тонкой щиколотки вдоль выпуклой длинной икры, колена и стройного бедра.
— Привет! — Эля остановилась перед ним, переступая на своих прозрачных ножках. — Ну что, идем?
Давыдов встал со скамейки и пошел рядом с ней, неотрывно кося на Элину глаза. В профиль было хорошо видно, как линия широкой серой лямки ее юбки-сарафана четко и высоко надламывается на уровне небольшой груди. Данил криво улыбнулся. Она еще немножко подрастет, и кому-то достанется лакомый кусочек! И с ним опять началось все сначала. Он не хотел ни о чем говорить, мало того — он понемногу начинал к ней придираться, сам не понимая, какого черта.
— Ты долго думала перед тем, как надеть такую славную юбочку?
— А что, тебе не нравится?
— Нет, это замечательно. Лямки точно как у Карлсона!
Эля тоже начинала злиться. Он не приставал к ней, но это уже была другая крайность: он решил над ней поиздеваться! Ну что ж, посмотрим, как ему это понравится.
— А ты-то сам почему не надел бусы?
— Чего?..
— Ну, просто цепочка не очень заметна, понимаешь? Вот в бусиках было бы гораздо лучше.
— Послушай, маленькая! Придержи язычок — я тебе не мальчик на водном велосипеде! В семнадцать лет пора бы научиться нормально себя вести!
— А мне только шестнадцать. У меня день рождения третьего ноября, — ехидно ответила Эля.
— Какая разница?! Все равно ты ведешь себя, как в яслях, а не как нормальная девушка!
Давыдов чувствовал, что он несет какую-то чушь — она была очень даже нормальной девушкой! Но он ничего не мог с собой поделать и, кажется, сам раздражал ее не меньше.
— На себя посмотри! — резко жестикулируя, огрызалась Эля. — Мужик выискался! На тебе и волосы-то не растут! Нужен ты сильно, разговаривать с тобой еще!