Воспоминание, кажется, расстроило его, и он проглотил еще виски.
– Потом я увидел мужчину, стоявшего на улице у этого дома. Я почти весь день сидел в комнате и наблюдал за ним из окна, надеясь, что узнаю… Он заходил и говорил с портье… Я выбирался на улицу после темноты на час или два. Когда вернулся с прогулки прошлой ночью, нашел в почтовом ящике визитку. На ней было имя человека, которого я меньше всего хотел встретить на этом свете.
Думаю, что взгляд моего собеседника и его испуганное лицо окончательно убедили меня в его честности. Мой голос стал строже, когда я спросил, что он сделал дальше.
– Понятно, что я попался накрепко, как селедка в бочке, – и что выход только один: мне нужно было умереть. Если мои преследователи решат, что я мертв, они успокоятся.
– И как вы это провернули?
– Я сказал своему слуге, что чувствую себя плохо, и изобразил из себя умирающего. Это оказалось несложно, ведь мне хорошо удается маскироваться. Потом я раздобыл труп – в Лондоне всегда можно найти тело, если знаешь, куда обращаться. Я привез его обратно домой в сундуке на четырехколесной телеге, и мне даже помогли затащить его наверх – по причине моей мнимой болезни. Понимаете, нужно было подготовить все для следствия. Я лег в постель, велел своему человеку приготовить мне снотворное и отпустил его. Он хотел позвать врача, но я выругался и сказал, что терпеть не могу пиявок. Когда остался один, то занялся фальсификацией тела. Мертвец был моего роста, и, как я понял, умер от переизбытка алкоголя, так что пришлось разбросать вокруг спиртное. Слабым местом было лицо, поэтому я прострелил ему челюсть из револьвера. Наверное, завтра кто-нибудь поклянется, что слышал выстрел, но на моем этаже соседей нет, так что риск был оправдан. Тело оставил в кровати, одетым в мою пижаму, с револьвером на простынях и с намеренно созданным беспорядком вокруг. Потом переоделся в костюм, который держал для чрезвычайных случаев. Боялся бриться, чтобы не оставлять следов, да и смысла пытаться выйти на улицу не было. Весь день у меня были мысли о вас и, похоже, ничего другого не оставалось, как обратиться к вам за помощью. Я наблюдал из окна, пока не увидел, как вы вернулись домой, и тогда спустился вниз, чтобы вас встретить… Ну вот, сэр, думаю, теперь вы знаете о деле примерно столько же, сколько и я.
Скуддер сидел, быстро моргая и нервно дрожа, но при этом решительно настроенный. К тому времени я уже почти поверил, что он говорит правду. Рассказ был самым невероятным, но я слышал в жизни много подобных диких историй, которые оказывались правдой, и привык судить не по рассказу, а по человеку. Если бы Скуддер хотел пробраться в мою квартиру, чтобы потом перерезать мне горло, он бы рассказал более спокойную историю.
– Дайте мне ваш ключ, – сказал я, – я хочу посмотреть на тело. Прошу прощения за осторожность, но мне все же нужно проверить.
Скуддер печально покачал головой.
– Я предполагал, что вы попросите, но у меня нет ключа. Он на цепочке, на туалетном столике. Мне пришлось, ведь я не мог оставлять никаких следов, которые могли бы вызвать подозрения. Господа, что за мной гонятся, весьма проницательные личности. Так что вам придется поверить мне на слово этой ночью, а завтра вы получите доказательства насчет трупа, это уж точно.
Я на мгновение задумался.
– Ладно. Этой ночью я вам доверюсь. Я запру вас в этой комнате и оставлю ключ у себя. Но предупреждаю, мистер Скуддер, я верю, что вы честны, но, если вдруг окажется, что нет – я отлично управляюсь с пистолетом.
– Конечно, – сказал он, вскочив с неожиданной бодростью. – Не имею чести знать ваше имя, сэр, но скажу вам одно – вы настоящий джентльмен. Буду благодарен, если одолжите мне бритву.