— Тогда я с пропуском, — он опустился на пол рядом. — Где пирог.
— Только попробуй, — Марина подтянула блюдце ближе.
— По-братски. Кусочек, — он сделал умоляющее лицо.
— Ладно. Но никому об этом не говори, — она отломила край.
— Клянусь здоровьем, — он взял кусок и осмотрелся. — Иногда ночной перекус, единственное, что спасает.
— И единственное, что сближает, — ответила она и непроизвольно улыбнулась.
Они сидели на полу и жевали в полголоса, как заговорщики. Лунный свет, тени, лёгкий пар от кружки, на несколько минут мир перестал быть чужим. Александр поднялся первым, потянулся.
— Пойду, пока нас не обнаружили.
— Иди. Пирог я замету, — Марина кивнула.
Они обменялись короткими взглядами, каждый по-своему благодарный этой странной паузе и разошлись по комнатам. Сон всё равно вышел коротким и беспокойным, но он пришёл, беспокойный, но всё-таки сон.
Утром, когда дом ещё только просыпался, Марина и Александр оказались вместе у входа, Ольга Николаевна попросила их привезти несколько вещей из города. Машина плыла по улицам, за окнами мелькали редкие прохожие и хмурые деревья. В салоне стояла почти плотная тишина, только едва слышно работал обдув. Марина смотрела в окно, и отражение её лица казалось усталым, отстранённым. Александр крутил руль одной рукой, другую сжимал в кулак на коленях. Он не сразу решился заговорить.
— Марина…— Она чуть повернула голову, но не встречалась с ним взглядом.— Я хотел бы… ну, в общем, я вчера был неправ, — он помолчал, подбирая слова. — В домике. Мне не следовало на тебя давить вот так, с этими расспросами, упрёками… Я погорячился.— Он слабо усмехнулся, не сводя глаз с дороги.— Не знаю, что на меня нашло. Просто хотелось… Понять, кто ты на самом деле. А получилось, будто допрос устроил.
Марина чуть улыбнулась уголком губ, всё так же глядя вперёд.
— Бывает. В этом доме все привыкли выяснять, кто кому что должен и почему не такой, как надо.
— Но всё равно, — Александр говорил уже мягче, — не имел права так на тебя наезжать. Прости. Я слишком много наслушался про тебя… про идеальную вдову, про правильную невестку.— Он шумно выдохнул.— А на самом деле ничего не знаю. Только то, что хочу узнать без всех этих масок.
Марина наконец посмотрела на него, в глазах ирония и усталость.
— Саша, если бы я была такой идеальной, как они говорят, я бы тебя, наверное, тогда выслушала молча и пошла дальше делать идеальные бутерброды.— Она улыбнулась уже чуть мягче.— Но, видишь, даже я могу злиться и защищаться. Мы оба вчера перегнули.
— Пожалуй, нам обоим пора перестать верить семейным историям и говорить друг с другом напрямую.— Он добавил уже почти весело.— Хотя, если вдруг опять полезу в душу, просто швырни в меня подушкой. Или пирогом.
Марина хмыкнула, облегчённо выдохнула и впервые за эти дни почувствовала, что ей не нужно защищаться.
— Договорились, — сказала она, — но пирог всё же, жалко.
Машина ехала по утреннему городу. Асфальт ещё блестел после ночного дождя. За окнами мелькали серые дома, спешащие прохожие, на одном балконе кто-то выбивал ковёр, у подъезда мужчина в старом халате выводил собаку. Марина смотрела на этот быт, постукивала пальцем по колену. Тишина между ней и Александром не давила ,у каждого в голове шёл свой немой разговор.
Александр слегка усмехнулся, бросил короткий взгляд на Марину.
— Знаешь, если бы мне пару лет назад сказали, что я повезу свою невестку по городу после поминок собственного брата, я бы решил, что это плохой сценарий для дорамы.
— Или очень извращённый сценарий для русской мелодрамы, — хмыкнула Марина. — У нас в семье всё не по шаблону.
— Нет говори, — отозвался он, мягко перестраиваясь. — С такой драмой мы давно у психотерапевта должны сидеть.
— Ты хоть раз был у психотерапевта? — спросила она без насмешки.
— Был, — честно признался он. — В Нью-Йорке, когда решил уйти из семьи, открыть свой бизнес… Была неделя, когда, кажется, разговаривал только с ним и таксистами.— Он на секунду замолчал.— Иногда у таксистов советы здравее, чем у любого «доктора жизни».
Марина усмехнулась.
— А я… только с подругой. И то больше молчала.—Она пожала плечами.— Интересно, сколько раз за последние годы мне говорили «держись», «всё будет хорошо», «ты молодая, ещё встретишь достойного».—Лёгкая улыбка не скрыла усталости в голосе.— В какой момент вообще «достойные» мужчины исчезают из города, ты не в курсе?
— Думаю, в тот, когда понимают, быть «достойным», такой же капкан, как быть «идеальной женой», — спокойно сказал Александр. — Я до сих пор не решил, что значит «быть хорошим сыном», и уже не уверен, что хочу этим заниматься.