Ну, насколько хорошей может быть жизнь без кофеина, шоколада, картофеля, томатов или перчика чили. Тринадцатый век не богат на любимую еду Кейт. Она вздохнула, погрузившись в фантазию о печеной картошке, сдобренной сметанным соусом, но услышала тревожный крик Эвана:
— Всадники.
Мужчины внизу засуетились и побежали по лестницам на крепостную стену, где стоял Эван.
Со своего места Кейт насчитала восемь скачущих галопом лошадей. Подхватив повыше юбки, она побежала вниз по ступеням, через внутренний двор, к лестнице на крепостную стену. Бесшумно поднявшись, остановилась в тени двери, откуда могла следить за происходящим, но не привлекала внимание мужчин, собравшихся перед ней.
В группе всадников Кейт тут же узнала Артура и МакФерсона. Но не могла припомнить, чтобы видела раньше кого-либо из остальных.
— Коннор МакКирнен, — обратился один из мужчин, которых она не знала. — Так как в назначенное время три дня назад, ты не появился у церкви, мы прибыли требовать Маири МакКирнен в невесты МакФерсону, как договаривались с лаэрдом клана МакКирнен. Откройте ворота и отдайте ее.
Коннор поставил ногу на парапет и положил меч на колено.
— Это какое-то недоразумение. Не припомню, чтобы давал своей сестре разрешение выйти замуж. Роберт, я упоминал при тебе о чем-нибудь подобном?
Коннор говорил громко ради собравшихся внизу всадников, а не тех, кто стоял на стене, с ним.
— Теперь, когда ты спросил, я не припоминаю такого разговора. Дункан, а с тобой он это обсуждал? — Роберт тоже говорил громко, чтобы внизу было слышно.
— Нет, не думаю. — Дункан покачал головой, почесывая бороду. — Уверен, я бы такое запомнил.
Коннор закричал людям внизу.
— Сомневаюсь, что сегодня отдам Маири кому бы то ни было. Передайте МакФерсону, что он ошибся. У него нет прав жениться на моей сестре. Вы, должно быть, выбрали не ту девушка из клана МакКирненов.
— Будь благоразумным, Коннор. Ты знаешь, что я условился об этом браке задолго до твоего возвращения. Все давно обговорено. Пришли нам девчонку. Облегчи жизнь всем нам, — прокричал Артур.
— Нет, не дождешься, дядя. Маири не хочет выходить за Реда Дональда МакФерсона, и она тебе это говорила. Она выйдет лишь за мужчину, которого выберет сама. Ты, как никто другой, должен это понимать. Маири останется за моими вратами. Теперь она под моей защитой. — Коннор улыбнулся мужчинам внизу, его глаза опасно блестели.
Роберт повторил позу Коннора, положив меч на колено, и чуть наклонился, чтобы видеть тех, кому были адресованы его слова.
— В равной степени — и под моей. И, так как я представитель короля, она под защитой короля Александра III. Не думаю, что вам захочется требовать у короля ее руки, верно? — Он уставился на мужчин внизу и хлопнул Коннора по спине, тихо обращаясь к другу: — Видишь, вот ты и справился. Посмотри на толстяка. У него сейчас удар случится. Он аж побагровел. — Роберт довольно усмехнулся.
— Ты дурак, МакКирнен. — На сей раз это был МакФерсон, сам Ред Дональд. — Твой лаэрд приказал. У тебя нет выбора. Ты должен повиноваться. Отдай ее мне сейчас же.
— Я не подчиняюсь Артуру. Он такой же лаэрд мне, как и тебе, МакФерсон. Он мой дядя, вот и все. Я не приносил ему клятву верности. Моя клятва принадлежит лишь королю. — Коннор продолжал улыбаться, поглаживая меч на колене.
— И тебе лучше вспомнить, что Александр предан тем, кто присягнул ему. Любое нападение на этот замок будет рассматриваться как нападение на самого короля. — Роберт посмотрел на Коннора и кивнул. — Это поднимает ставки, правда?
На этот раз они вместе довольно улыбались.
Кейт зачарованно наблюдала за ними. За обнаженными до пояса мужчинами, на чьих телах блестел пот. То, что когда-либо предлагал Голливуд, тут явно и рядом не стояло. Эти мужчины, эти воины, высмеивающие своих врагов, казалось, упивались собой. Они олицетворяли опасность, изящно сплетенную с насилием, готовые в любой момент сорваться с цепи. Кейт поежилась, убежденная, что зрелище окажется жутким, отталкивающим и захватывающим одновременно.
МакФерсон тихо переговорил с Артуром, развернул своих людей, и они ускакали, оставив Артура одного со злостью всматриваться в собравшихся на крепостной стене.
— Ты об этом пожалеешь, неблагодарный щенок. Я позабочусь, чтобы ты пожалел. После того, что я для тебя сделал, я не позволю тебе все разрушить. Ты ничего не получишь назад, — закричал Артур на своего племянника, потрясая в воздухе кулаком, а потом развернулся и пустил лошадь галопом.
— Мда, я бы не рассчитывал в этом году получить от дяди приглашение на праздники. — Роберт покачал головой.