Полководец У по имени Чжоу Ю не имел сил для отражения флота Цао Цао. Тогда он вызвал к себе своего помощника Хуан Гая и сказал ему:
– Я ищу того, кто мог бы для вида перейти на сторону Цао Цао и помочь нам разбить врага. Такой человек должен быть готов пострадать, чтобы Цао Цао смог поверить в искренность его поступка.
– Я пользовался милостями семейства Сунь (правителей У. – В. М.) на протяжении долгого времени и готов вытерпеть любые муки ради их блага, – ответил Хуан Гай.
– Ваша преданность будет вознаграждена! – заверил верного слугу Чжоу Ю.
На следующее утро Чжоу Ю созвал военный совет и объявил:
– Флот Цао Цао насчитывает миллион человек, и нам с ним не справиться. Прошу всех обеспечить себя продовольствием и фуражом на три месяца. Мы будем держать оборону.
– Но если мы будем только держать оборону, мы никогда не победим флот Цао Цао. Если мы не можем дать решающее сражение немедленно, нам лучше отступить, – сказал Хуан Гай.
Услышав эти слова, Чжоу Ю затрясся от гнева и закричал:
– Мне поручено сдерживать вражеский флот. Тот, кто говорит об отступлении, заслуживает смерти!
По просьбе офицеров, однако, Чжоу Ю заменил смертную казнь сотней ударов палками. После пятидесяти ударов спина Хуан Гая превратилась в кровавое месиво. Чжоу Ю в очередной раз внял мольбам своих офицеров и прекратил казнь.
Хуан Гая отнесли в его палатку, откуда он, не имея сил встать сам, тайно послал гонца к Цао который передал ему слова Хуан Гая:
– Я готов отдать в ваше распоряжение моих людей, зная вашу щедрость и умение награждать подчиненных, которые отличились в делах управления или войны.
Цао Цао знал о стратагеме «нанесения себе увечья» и поэтому не спешил поверить гонцу на слово.
– Но ведь в предложении вашего господина не сообщается о времени и месте нашей встречи. Как же осуществить этот план? – заметил осторожный Цао Цао.
– Разве вы не знаете, что гонец, посланный с подобным предложением, сам не может знать об этом, ибо в противном случае план может сорваться, – ответил посланник Хуан Гая.
В конце концов Цао Цао решил, что Хуан Гай действительно хочет присоединиться к нему при первом же удобном случае. Он велел Хуан Гаю установить на своем передовом корабле зеленую палатку в качестве условного знака.
Так преданность Хуан Гая позволила Чжоу Ю с успехом осуществить первую часть своего замысла.
Стратагема тридцать пятая
Стратагема «Цепи»
Пан Тун убедил Цао Цао связать цепями свои корабли, и они не смогли избежать огня, предназначенного для них (см. ниже иллюстрацию к данной стратагеме).
Стратагема цепей заключается в том, чтобы противник каким-то образом сковал сам себя и стал уязвимым для нападения.
Одна хитрость – связать, другая хитрость – напасть.
Связь двух этих хитростей способна погубить даже самое могучее войско.
«Пребывание в войсках – к счастью. Принимаешь милости Неба».
Это слова взяты из комментария ко второй черте гексаграммы № 7 Ши (Войско).
Нижняя часть гексаграммы представлена триграммой Вода, верхняя – триграммой Земля. Таким образом, наша сторона находится в большой опасности, будучи как бы «придавленной» косной, инертной силой многочисленного войска противника. Вместе с тем противник не обладает способностью или возможностью активных действий. В таких условиях вторая девятка – единственная янская черта в гексаграмме – становится подлинным фокусом, организующим центром всей ситуации. Задача более слабого, но более активного военачальника на сей раз даже еще более упрощается по сравнению с предыдущей стратагемой, поскольку противник здесь являет собой верх инертности. При перемене второй девятки на иньскую черту внизу тоже появляется триграмма Земля, и тогда воцаряется хаос, в котором многочисленность неприятельского войска из преимущества становится его недостатком. В такой обстановке открываются новые и тайные пути к успеху. Вот почему реализация потенциала второй девятки предоставляет, согласно комментарию, «милости Неба» – первозданной полноты бытия, присутствующей в Хаосе.