— Ну и не смотрите, — огрызнулась я, — будете эту чертову шоколадку или нет?
— Давайте, — сдался он.
Я разломила батончик напополам и сунула ему большую половину. Свою я проглотила почти мгновенно, так как неожиданно почувствовала зверский голод.
Рэд ел шоколадку гораздо дольше. Он смаковал ее почти всю дорогу, пока мы подходили к замку.
— А что, если дверь заперта? — спросил коллега, когда мы проходили по заросшей травой аллее.
— Влезем в окно.
— Они тоже закрыты.
— Проявите смекалку, Хэммерсмит, — вздохнула я, — напрягите мозги. Да выбить это чертово стекло и дело с концом.
— Что за вандализм! — вздохнул он.
— Ладно, — у меня начало заканчиваться терпение, — тогда поезжайте в город и попросите ключ у мэра. Если он у него есть, в чем лично я очень сомневаюсь.
Мы взошли на крыльцо. Я потянула за ржавую ручку двери.
— Не открывается.
— Ну вот. Придется бить стекла, — обреченным тоном сказал Рэд.
— Погодите-ка, — одной ногой я уперлась в стену и повисла на ручке двери.
Рванула изо всех сил.
Ручка со скрежетом отвалилась, а я упала на крыльцо, да так удачно, что Рэд не успел меня подхватить. Да ему и затруднительно было это сделать, так как он в это время помирал от хохота. Молча встав, я со всего маху двинула его по спине.
— Хватит ржать. Лучше поищите камень. Или палку.
— Хорошо, хорошо. Только не бейте меня больше.
— Больше нет, не получится. Вот разве что, меньше.
Он нашел какую-то увесистую дубину и протянул мне.
— Сами будете бить или предоставите это дело мужчине?
— А вы сможете? — не преминула съязвить я, — вас совесть не замучает?
— Замучает. Но я это переживу.
Мы подошли к широкому и высокому окну. Рэд размахнулся, при этом едва не снеся мне голову, я еле успела пригнуться, и врезал по стеклу. Посыпались осколки.
Я отошла подальше, чтобы Рэд в припадке вандализма не пришиб и меня заодно.
Он ударил еще раз, потом еще. Аккуратными движениями выбил все осколки, торчащие из переплета словно драконьи зубы и отбросил палку. Повернулся ко мне.
— Дамы вперед.
— А вдруг там маньяк в уголке притаился? — резонно отозвалась я.
— Я успею вас спасти, пока он будет примериваться, за что лучше вас укусить.
Нахал. Я показала ему язык и повернулась к окну. Подпрыгнула, ухватившись руками за раму и подтянулась на руках. И через несколько секунд уже была на подоконнике, усыпанном стеклами. Выпрямилась и посмотрела вовнутрь. Огромная унылая комната с неимоверно высокими сводами потолка, словно в соборе, право слово. Мебели в ней не было вообще, со стен клочьями свисали истлевшие тряпки. Углы комнаты были затянуты паутиной, а пол был покрыт толстым слоем пыли.
Рэд влез следом за мной и спросил:
— Что стоим?
— Пошли, — я спрыгнула на пол.
Наверное, нужно было все-таки делать это более осторожно. Потому что, как только я спрыгнула, поднялась такая туча пыли, что видимость вокруг нас стала почти нулевой. Я зажмурилась и чихнула раз пять подряд. Рэд тоже не выказывал удовольствия. Он закашлялся и зажал руками рот.
Минуты через две пыль осела и мы смогли вздохнуть с облегчением.
— Ну и гадость, — проворчал Рэд, отряхиваясь, — знаете, Дэннингс, я бы все-таки ушел отсюда. Кто знает, какие сюрпризы нас здесь поджидают. К примеру, с потолка может обвалиться приличный кусок штукатурки. Пыль по сравнению с этим покажется милой забавой.
— Да черт с ней, — отмахнулась я, — раз уж мы здесь, то нужно продолжать поиски.
— Все, что здесь есть, мы уже нашли, — он широким жестом обвел пол, покрытый пылью, — и потом, как бы нас не арестовали за проникновение сюда.
— Да бросьте. Что здесь красть! Никогда еще не видела столько пыли. Пошли отсюда.
— Думаете, дальше лучше? — хмыкнул Рэд скептически.
Вместо ответа я отправилась к двери. Нужно заметить, что открыть ее было проблематично. Она разбухла и перекосилась, намертво застряв в дверной раме. Нам пришлось хорошенько попотеть, пока мы совместными усилиями не выбили ее.
— О Господи, — простонал Рэд, прислоняясь к стене, — если нам и дальше придется сталкиваться с такими трудностями, то я пожалуй обойдусь без сенсации.
— Мне здесь тоже не нравится, — поддержала я его, — но раз уж мы сюда пришли…
Я не договорила. Я оглядывала мрачный коридор, поражающий длиной и размерами и понимала, что поиски могут затянуться на неопределенное время. Энтузиазма во мне поубавилось, но я ни за что не призналась бы Рэду, что пошла на попятный.
О тайных ходах легко рассуждать, сидя в машине или попивая кофе в гостиной. А вот заниматься их поисками в огромном замке удовольствие ниже среднего. Рэд сперва тихо ворчал за моей спиной, потом принялся чертыхаться сквозь зубы и наконец заявил:
— Меня уже достал этот замок, Дэннингс. Ну его к черту. Я убираюсь отсюда. Тут можно искать до скончания века.
— Ну погодите же еще немного, — отозвалась я из чувства противоречия, хотя была согласна с ним на все сто. Этот замок осточертел мне не меньше, чем ему и я начала его тихо ненавидеть, — давайте еще спустимся по этой лестнице, посмотрим, что там.
— А если там ничего нет?
— Тогда уходим.
— Давно пора это сделать. Смотрите, уже темнеет. Мы ведь не собираемся ночевать здесь?
— Лично у меня такого желания не возникает.
Я первая начала спускаться вниз. Ступеньки были выщерблены и идти по ним было неудобно, нога то и дело соскальзывала и приходилось быть все время настороже. Можно было, конечно, держаться за перила, но они не внушали мне доверия. На вид они были еще более хрупкими, чем лестница.
Наконец, я ступила на пол и остановилась. Рэд скатился вслед за мной и налетел на мою спину.
— Черт, — прошипел он, — для того, чтобы ходить здесь, нужно запастись страховочными тросами. Ну, что тут?
— Странно, — проговорила я, — какой-то коридор.
— В самом деле, очень странно, — съязвил Рэд, — а что вы здесь ожидали увидеть? Может быть, бассейн?
— Очень смешно, — хмыкнула я, — разуйте глаза, Хэммерсмит. Коридор-то необычный. Слишком узкий. И окон нет. Ни одного.
— Вот и отлично. Сделаем парочку снимков, все лучше, чем ничего. Зловещее логово маньяка.
— Не думаю, что это будут очень впечатляющие снимки, — я пожала плечами, — ладно, пошли дальше.
Коридор закончился раньше, чем я ожидала. Перед нами оказалась еще одна лестница, ведущая вниз. Причем, обнаружить ее нам пришлось не слишком удачным способом. Темно в коридоре было хоть глаз выколи. Я шла впереди и неудивительно, что именно я и нашла лестницу, потеряв под ногами опору и с грохотом скатившись вниз. Рэд свалился вслед за мной и оказался сверху. Мне и без того было не слишком комфортно, а после этого я просто взвыла.
— Слезьте с моей головы, — прошипела я, пытаясь спихнуть Рэда, — черт, какого дьявола вы на нее уселись, идиот?
— Простите, — пробормотал Рэд, пытаясь отползти в сторону, — черт, вот дерьмо.
Наконец, мы с грехом пополам оказались на ногах. Было так темно, что я не видела ничего, кроме какого-то расплывчатого пятна, на поверку оказавшегося лицом Рэда, расположенном в каких-то дюймах от моего собственного.
— Темно, как у негра в заднице, — прокомментировал он тем временем.
— А я забыла фонарик в машине, — добавила я мрачно, — откуда мне было знать, что здесь так темно?
— Ну, кто бы мог подумать, — хмыкнул Рэд, — вам нужно на меня молиться, Дэннингс. У меня, по счастью, фонарик с собой.
— Правда? — недоверчиво спросила я, — так что же вы стоите? Давайте сюда.
Раздалось какое-то шебуршание, а потом что-то пребольно ткнуло меня в глаз так, что даже икры посыпались.
— Сдурел совсем? — вскричала я.
— Ну извини, — отозвался он, — я что, специально? Тут ни хрена не видно.