«На самом деле их здесь нет», вспомнил Артём. И сумел рассмеяться — наваждение тут же сгинуло. Оглянулся — Лилия, побелевшая, сидит в постели, смотрит за его спину, не в силах пошевелиться.
Тут до него дошло. Он сделал к ней шаг (Лилия закрыла глаза), ещё один. Сел рядом, взял её за плечи (Лилия вздрогнула и стиснула зубы).
— На самом деле их нет, Лилия, — сказал Артём. — Постарайтесь рассмеяться. Вспомните что угодно смешное, и постарайтесь.
Она сумела. Вздрогнула сразу, открыла глаза — и обхватила Артёма, стиснула так, что дышать стало больно. Не сразу отпустила.
— Вы были дросселем, — странно, что не догадался в предыдущий раз — очевидное вообще трудно заметить. — Верно, Лилия? Вы были дросселем когда-то.
— Как вы… — Лилия ошеломлена. — Никто не мог вам этого сказать! Откуда??
— Если дроссели засыпают вместе, им обоим мерещится нечисть. Не буду спрашивать, что вам привиделось.
Лилия снова закрыла глаза.
— Да, была. Три дня. Вы представить себе не можете, что это за… — она осеклась. — Простите. Вы как раз можете. А потом всё прошло. А ещё через день Юлий стал дросселем, и забыл меня.
— Как это случилось?
— Есть сказка. Все дети знают. Если долго смотреть на небо в полночь, а потом как следует захотеть, увидишь сон про волшебную пещеру. Там тёмный и страшный лабиринт, а в глубине есть такое возвышение: кто на нём постоит хотя бы минуту, и не убежит от страха, станет дросселем. Все дети мечтают им стать. Мы с Юлием нашли эту пещеру. Тогда его ещё звали Август.
Видимо, на лице Артёма многое отразилось.
— Это правда, — добавила Лилия резко. — Мы оба там стояли. Вам никогда, наверное, такого ужаса не мерещилось, которого мы там натерпелись. Но мы не убежали, ведь мы во всё это верили. Мы были самыми обычными людьми, и наши желания сбылись. Будь они прокляты! А вчера, когда меня лечили, и обследовали, военные упомянули про ту пещеру, про лабиринт. Я сразу поняла, что они именно про неё говорят, по описанию. Там теперь склад. Нет больше возвышения, нет волшебства, понимаете? Я попросила показать мне снимки. Это было то самое место.
— То есть именно туда вы хотели вернуться, — Артём чувствовал, что день только начался, а он уже устал донельзя.
Лилия кивнула.
— И уже не попаду. Некуда возвращаться. Я всё на свете отдам, только бы снова стать дросселем. Хоть на час. Это ведь настоящее волшебство. Простите, кому я это рассказываю!
И тут она разрыдалась. Как прорвало — Артём поначалу растерялся, Лилия долго не могла перестать.
— Вчера вы снова меня спасли, — Лилия взяла его за руку, когда сумела успокоиться. — Миранда рассказала, как всё случилось. И этой ночью спасли ещё раз. И я опять не пойму, зачем, от меня вам одни неприятности. Простите! Пожалуйста, подождите за дверью — я хотя бы умоюсь.
Марина сидела в кресле; Лилия стояла перед ней на коленях — сама встала, никто не заставлял. Встревоженная Миранда и Артём, старающийся выглядеть спокойным, стояли у двери. Лилия рассказывала, наверное, полчаса. Марина спрятала лицо в ладонях, долго не открывала. И молчала, долго молчала, даже когда рассказ окончился.
— Миранда, — Марина не сразу совладала с голосом. — Ты говорила, что привезла те мои вещи, из приюта. Принеси, пожалуйста.
Марина недолго копалась в чемоданчике. Нашла ту самую ветхую бумажку, где, по словам Миранды, написано «я — неграмотная дурочка».
— Марина, прошу, — Миранда побледнела. — Не разворачивай, не надо!
Марина взглядом заставила её замолчать, и развернула. И выронила бумажку. Губы её задрожали.
— Ты говорила, что там написано «Лилия — моя лучшая подруга», — сказала Марина ровным и сухим голосом.
Лилия кивнула, и опустила голову. Марина встала и подошла к окну. Долго смотрела на улицу. Когда снова повернулась к остальным, по спокойному лицу её стекали слёзы.
— Ортем, Миранда, — она посмотрела им в лицо. — Оставьте нас, пожалуйста.
Миранда закрыла за ними дверь, и бросилась к Артёму в объятия. Долго стояла так, не говоря ни слова.
— Я бы, наверное, не решилась признаться, если бы сама столько натворила, — прошептала она, наконец. — Простите, что и вас в это впутали! — Миранда вздрогнула, и прижала ладонь к уху. — Просит войти, — пояснила она. — Возьмите меня за руку, мне страшно!
…Лилия стояла перед Мариной. Как только Артём и Миранда вошли, Марина надела на шею Лилии копию своего «ловца снов» на цепочке — другой раскраски, чуть меньше по размеру. Такую же носит Миранда. Символ того, что Лилия тоже представляет хозяйку дома.