Люди встали, как и в тот раз. Некоторое время смотрели на трёх явившихся, и пошли в сторону возвышения. Не бежали — просто шли. Артёму стоило некоторого труда стоять неподвижно и не смотреть в лица тех, кто поднимался на возвышение. Чувствовал, как напугана Миранда.
— Это не нечисть, — шепнула Мари Миранде на ухо. — Стоим тихо, тогда всё обойдётся.
Люди встали кольцом — не пересекали невидимую границу, примерно на шаг вокруг трёх пришельцев с Айура — стояли так и смотрели.
— Не смотрите им в глаза, — шепнула Мари, сильнее сжимая ладони Миранды и Артёма. — Миранда, дыши глубже, и не бойся. Нужно просто подождать.
Артём взял Миранду за другую руку — хотел взять — но оказалось, что флютня в руке. Инструмент издал тихий, печальный аккорд и люди вокруг них вздрогнули и переглянулись.
— Сыграй им, — шепнула Миранда. — Что-нибудь правильное. Что положено играть в таком месте?
Играть на флютне можно и одной рукой — если инструмент прочно закреплён. Миранда, не открывая глаз, взяла флютню из руки Артёма и прижала её к груди. Да, так тоже пойдёт. Артём быстро соображал — люди вокруг переглядывались, краем глаза он заметил на их лицах удивление — а ведь только что там было полное отсутствие эмоций. «Ave Maria» пришла на ум сама собой. Слов он не знает, и даже пробовать не станет — тут явно нужна Глория, с её диапазоном.
Как только музыка полилась, люди начали расходиться — поспешно возвращались на места. Уже через полминуты никого не стояло рядом — все вернулись на свои скамьи, но не садились — стояли там, глядя в сторону возвышения, слушая. А мелодия лилась и лилась, заполняя пространство, прогоняя страх. Артём заметил, что Миранда открыла глаза, осторожно осмотрелась — на лице её появился и остался сплав восторга и изумления.
Пьеса закончилась. Как только растаяли последние такты, все люди в зале перекрестились — на католический манер, заметил Артём.
— Что они делают? — спросила Миранда шёпотом.
— Потом объясню, — так же, шёпотом, ответил Артём. Люди вновь пошли — но уже не к возвышению, а на выход. Прошло минуты три — и в зале остались они трое и…
— Сейчас будет вспышка, — шёпотом предупредила Мари. — Закройте глаза.
Она права — яркая вспышка, и тёплый порыв ветра. Артём открыл глаза.
Они где-то в засушливом месте. Иссиня-белое небо, дорога, посреди которой они стоят. И дома — Артём не сразу понял, где он видел такие. Улица по обе стороны от них. Ветер вновь толкнул их, и мимо людей прокатился колючий шарик перекати-поля.
Мари опустила взгляд и вздрогнула.
— Отойдите, — она потянула обоих за руки. — Быстро! Ну же!
Они отошли, всё так же озираясь по сторонам. Никого не видно ни на улице, ни за стёклами домов — хотя что там увидишь при таком освещении — чёрные прямоугольные провалы в никуда. Дома на вид ухоженные.
— Смотрите, — Мари указала ладонью перед собой. — Я уже видела такую штуку. Там, на башне, вместе с Жаном. Точно такую же!
Они только что сошли с диска. Или что это было — на вид точная окружность метров двух диаметром, посередине — меньший диск другого диаметра, на глаз — полметра. Артём обратил внимание, что диск как хамелеон — как будто часть дороги, видны и камушки, и прочее, но явно ненастоящие: Артём осторожно толкнул камушек внутри диска — и ничего не случилось, как будто он просто нарисован там. Может, и вправду нарисован?
— Я прочитала записки Марка Флавия, — пояснила Мари. — Пока ты проводил эксперименты. Это он написал, что в храме нужно стоять неподвижно и не смотреть в глаза. Но про это место он вроде бы не упоминал.
— Где мы? — Миранда успокоилась, хотя всё ещё не отпускала ладонь Мари. — Что это за место?
Артёму показалось, что очертания Мари на долю секунды размылись… и снова уплотнились.
— Спокойствие, — Мари снова взяла его за руку. — Просто проверила, могу ли скользить. Могу. Уже лучше, верно?
Артём достал с пояса часы. Не сразу вспомнил, как вывести дополнительную индикацию.
— Это место, где у Марка Флавия убежище, — сказал он, увидев индикацию. — Сила тяжести такая же. Других гипотез нет пока.
— Простите за прямоту, — Мари оглянулась. — Мне в туалет хочется. Или нужно найти его, или хотя бы с дороги уйти. Как-то неудобно, знаете ли, вам под ноги.
Они рассмеялись — все втроём. Сразу полегчало. Миранда протянула Артёму флютню и тот повесил инструмент на пояс. На всякий случай проверил, что выключен.
— Это Дикий Запад, — сказал Артём, как только до него дошло, где он видел такие ландшафты. В вестернах. — Потом объясню. Если я прав, вон то — постоялый двор.