Артём вкратце рассказал, в чём была суть его работы. Если вкратце — то делать именно то, на что разработчики игр внимания могли не обратить. Нелепые действия, действия из серии «такого всё равно никто делать не будет», и всё такое. Сколько всего удавалось обнаружить — просто уму непостижимо. Странно, что разработчики игр сами о таком не думали.
— Замечательная у вас была работа! Мы проверяем нашу технику на симуляторах — во многих вариантах её использования, чтобы на любое случайное действие у нас был известный ответ. Но вот проверять на заведомо некорректное — не уверен, что всё схвачено. Я обязательно проверю!
Артём вспомнил, что Марк Катон, вообще-то, приходит сюда отдыхать от работы.
— Не буду мешать вашему отдыху, сэр, — Артём встал и пожал ему руку. — Рад, если оказался полезным. Здравствуйте!
По пути домой Артём заметил охрану — среди прочего снаряжения он носил теперь «зеркало заднего вида» — простое и незаметное, со стороны, устройство, которое следило за окружающим пространством и, помимо того, что умеет выявлять и сравнивать лица и другие детали окружающего мира — ещё и предупреждать умеет так, что другие не заметят. Неприметные люди: всегда поблизости, всегда видят Артёма, но никогда напрямую тем же курсом не движутся. И, похоже, лицо одного из них знакомо: он задержал того человека, который собрался стрелять тогда не то в них с Мари, не то в свидетеля убийства Юлия Корту.
Валери Обэр и её напарница неплохо потрудились, подумал Артём. Они успели «распутать» десятки мелких «дел» внутри дома — помимо того, что Марина, с её фотографической памятью, быстро привела в чувство некоторых недобросовестных домочадцев, так теперь ещё и вполне официальные представители полиции всегда рядом. В общем, за ум теперь взялись все.
— …Сэр Ортем! — похоже, у Валери и Марселины небольшой перерыв от работы. — Рада видеть! Каких только слухов не ходило — но вижу, что слухам верить нельзя. Чем могу помочь? Марселина, мы ведь собирались полчаса ничего не делать! Оставь бумаги в покое.
— Если можно узнать, — Артём сел на предложенное ему место. — Помните, задержали свидетеля убийства Юлия Корту? И человека, который собирался стрелять, пока неясно, в кого?
— Последнее уже выяснили. Он собирался убрать свидетеля, потом, если получится — вас обоих. Видимо, свидетель для группы Росс опаснее. Свидетель повторил показания — и выяснилась одна интересная деталь: нечисть, по его словам, не трогала Юлия. Старалась не напасть на него, а обойти. И только когда Юлия толкнули в самую гущу, напала — и тоже внезапно, вся сразу.
— Думаете, это связано с Клавдией Росс?
— Несомненно. Участники её группировки показали — все, кого мы допрашивали — что нечисть не трогала Клавдию. Не слушалась — никто не смог припомнить, чтобы нечисть выполняла её приказы — но и не трогала. Сама Клавдия, и её дочь молчат — думаю, они и будут молчать теперь. Хотя, конечно, в каменоломни их не отправят — тюрьма для дросселей выглядит иначе. Полагаю, вы уже предполагаете, как.
— Стены из того сплава, из которого делают каркас танков — и чтобы не было возможности стоять на твёрдой поверхности. И изоляция от электромагнитных волн.
— Всё верно, — кивнула Валери. — Место, где их содержат, открыть не могу без приказа вашего командования. Можно попросить вас выпить с нами кофе? Мы давно мечтали. Поговорить о чём-нибудь, кроме вашей или нашей работы. Неофициально. Хоть немного.
Артём посмотрел на часы. Полчаса ещё точно есть, даже час — потом Марина и Лилия могут вернуться в любой момент, их надо будет встретить.
— Да, с удовольствием, — чувствую себя немного нелепо с этим рюкзаком, подумал он. Особенно за столом.
— Можете поставить его рядом со стулом, — предложила Валери. — Мы видели, как вы исчезали. Не беспокойтесь, не растеряемся, если что.
Марина долго сидела, прижавшись к его плечу. Ничего не говорила — просто сидела. Наконец, нашла в себе силы отпустить его — не держать хотя бы одной рукой.
— Вы вернулись, — повторила она в который уже раз. — И опять всё секретно, да? Миранда намекнула, что многое там — как страшный сон. Не буду допытываться.
Она сходила на кухню и сама принесла чай — чайник, чашки и всё прочее.
— Я обещала рассказать про Арлетт, — Марина заговорила, только когда выпили по первой чашке. — Не стану пересказывать тот её звонок. Я сначала ничего не поняла, если честно — только то, что она была пьяна, и считала, что это я настояла, чтобы вы больше с ней не виделись. Слово за слово, я ей и сказала, чтобы не смела появляться у нас. А потом вся эта история… У неё тоже нет других родственников, как и у Мари. Я не могла просто бросить её — ну, наговорила глупостей, чего не скажешь от обиды. Я увидела, что она очень жалеет обо всём, что тогда сказала. И уже не стала сомневаться. У неё теперь нет своего магазина, нет друзей, нет средств — в Париже её мало кто на порог пустит.