Они вышли из библиотеки — по пути Артём посмотрел на каталог, и вновь не увидел ни сенсоров, ничего. Гладкий прямоугольник. Ладно, это потом. Миранда едва стояла на ногах, стоило огромных усилий уйти, изобразив, что всё нормально.
На улице, шагов через десять, силы вернулись к Миранде. Она освободила руку, обняла Артёма — вцепилась так, что ему стало трудно дышать. Не сразу отпустила.
— Не пугайте меня так! — Лицо её всё ещё оставалось бледным. — О небеса, так же было в тот первый день, с Юлием. Он посмотрел сквозь меня, и сказал что-то на ужасном, неизвестном языке. И не узнал меня. У вас был такой же вид! Что случилось? Расскажите!
Они сидели на скамейке в парке — том самом, в котором Артём бегал утром вместе с Мирандой. И рассказал собственные ощущения.
…Вначале показалось, что уши заложило. Словно вбили в каждое ухо по килограмму ваты; даже сглотнул, чтобы убедиться. Звенящая тишина, и — снова всё стало чёрно-белым. Не сразу, мозаикой — в общем, как на гауптвахте. А потом он понял, что лицо Миранды постоянно меняется, слово кто-то накладывает на манекен маску за маской. Вот тут стало страшно. Ещё страшнее стало, когда манекен взял его за руку, и сказал что-то вовсе непонятное, на звучащем неприятно многоголосии. Уже хотелось бежать оттуда, бежать со всех ног, пока работает зрение — но тут всё вернулось в норму, и Артём понял, что Миранда сидит у стены, рядом с дверью, тяжело дыша, и не может и слова произнести.
— Но потом вы меня вспомнили, — Миранда прикрыла глаза. — Извините. Мне нужно кое с кем в доме поговорить, узнать как дела. Пару минут, сэр Ортем.
Мимо них проходили люди — улыбались им с Мирандой, и вполне искренне спрашивали, могут ли чем-нибудь помочь. Говорить с ходу «здравствуйте!» очень невежливо, и Артём просто отвечал «благодарю, доброго дня». Прозвучал сигнал — это календарь. Скоро визит к доктору Ливси.
— Мне нужно съездить к доктору. — Артём дождался, когда Миранда закончит разговаривать. — Поставим опыт. Есть ощущение, что нашлось кое-что общее. — И Артём рассказал, вкратце, о своих долгих часах на гауптвахте.
— Кошмар! — Миранда помотала головой. — Вам несладко, сэр Ортем. Держитесь. В городок меня не пустят, я вас снаружи подожду, можно?
— Разумеется. Можно пешком прогуляться, время есть. Да, и поясните мне, как отключается автоперевод.
Миранда охотно объяснила. Связист устанавливает — по сути, приклеивает — небольшой такой предмет. Обычно не на виду; многие цепляют за ухо, или прячут среди волос. Мытьё ему не вредит, к коже он прилипает прочно — снять его можно, не повреждая кожу, просто правильно подцепить. И всё. В общем, так же, как в случае мобильной связи: никакой магии, просто цепляют «умный предмет».
Что-то я не припоминаю, куда мне что цепляли, подумал Артём. Хотя с провалами в памяти это немудрено.
— Ставят те же связисты, — закончила объяснение Миранда. — Мы все учим в школе латинский и ложбан, это обязательно. Но если есть переводчики у обоих, будет проще общаться на родном языке. У нас с Мариной это каталанский. Хотите услышать, как я на самом деле говорю? Отключите автоматический перевод.
— Я не знаю, как это сделать, — Артём посмотрел на Миранду, и та кивнула, без усмешки. Про ложбан надо подробнее расспросить. Слышал про такой искусственный язык там, на Земле, но толком ничего не знает.
— Вам ведь здесь его ставили? Тогда есть команда сброса настроек, после которой переводчик сам запросит у вас команды управления. Прижмите кончики пальцев правой руки к виску, и скажите «Dictum iri».
Артём повиновался. И ничего.
— Быть не может! — удивилась Миранда. — Сейчас, сейчас… Все переводчики помнят такие же фразы на других языках. Повторяйте за мной.
И — снова ничего. Миранда остановилась. Они уже почти пришли — до входа на территорию военного городка меньше стадии.
— Ничего не понимаю. — Миранда взяла его за руки. — То есть совсем. Как вы тогда меня понимаете? На каком языке я говорю, по-вашему?
— На русском. А я, по-вашему?
— На каталанском. Но так ведь не бывает! Слушайте, давайте сходим к связисту, после врача? Пусть вам поставят переводчик — сравним, в чём разница. Это бесплатно, — тут же добавила Миранда. — Простите!
— Не за что извиняться. — Он прикоснулся ладонью к её плечу. — Вы мне очень помогаете. Нам всем, — уточнил он, и снова увидел на лице Миранды улыбку. — Я позвоню.
Артём сидел, потирая виски, после удачного проведения эксперимента. Удачного: всё повторилось, начиная от обесцвечивания зрения — и до полного его пропадания. Всё в точности, всего за шесть минут началось.