Потом он «мерился силушкой» — занимался арм-реслингом — с другими парнями в бистро. Начал с Жана Перье. Со счётом 7:5 победил Жан, и Артём, по совести, был рад поздравить того с победой.
Потом были танцы и песни. Неизбежно нашлась флютня, и на следующие полтора часа Артём стал очень, очень занят и крайне популярен. Что потом? Вспоминается с трудом. Но постепенно вспоминается. Вот теперь можно, наконец, почитать — хоть немного.
Лёгкие шаги со стороны «мест общего пользования». Артём уселся, и понял, что надеялся всё-таки напрасно. Ну хоть имя сразу же вспомнилось. Не Мари, девушка Жана Перье — и на том спасибо. Её подруга, Арлетт Беклин.
— Вы встаёте так рано, Ортем? — она села рядом, положив ладонь на колено Артёма. — Неужели вы оставите меня одну?
— Ни в коем случае, мадемуазель. Чем я могу помочь вашему одиночеству?
Она засмеялась, прижавшись щекой к его плечу.
— Так жаль, что вы сегодня уже уходите. Я понимаю, что приказ. Можно, я ещё немного побуду с вами?
— Чашечку кофе, Арлетт?
Она кивнула.
— И прогулка. Хотя бы небольшая! — взгляд её стал умоляющим. — У вас ведь найдётся пять минут?
…Минут через пять прогулки Арлетт обернулась и взяла его за руки.
— Уйду сейчас, пока ещё могу. Потом уже не смогу. — Она обняла его. — Обязательно позвоните, когда вновь приедете в Париж, ладно?
И ушла — не прощаясь. По всей планете схожие обычаи, подумал Артём.
Половина пятого. И ни в одном глазу. Артём уже подошёл к дверям гостиницы, как его окликнули.
— И вам тоже не спится, сэр Ортем? Можно с вами?
Миранда. Собственной улыбающейся персоной.
Кофе он заказал в номер. Пятнадцать граций за чашку, если что. Артём уже знал, что Миранда его очень любит, но вряд ли может позволить себе пить каждый день.
— Давайте вначале о главном. — Миранда, умывшись и сняв плащ, стала выглядеть едва ли не бодрее самого Артёма. — Вы сядьте, пожалуйста, сядьте.
Артём сел на кровать — Миранда присела рядом.
— Марина ждёт ребёнка, — посмотрела она ему в глаза. — Мальчик. — И улыбнулась.
Артём не сразу осознал, что ему только что сказали. Миранда внимательно следила за выражением его лица и… расхохоталась.
— Точно, как в книгах — сначала как будто не понимаете, потом пугаетесь, и только потом что-то ещё. Я не должна была говорить этого, сэр Ортем. Марина сказала мне — скажешь, если решишь, что нужно.
— Это замечательно. — Артём и сам не знал, что сказать — мыслей возникло сразу много и побежали они все в разные стороны. — Чем я могу помочь?
— Возвращайтесь из похода сразу к нам, — посерьёзнела Миранда. — С ней всё хорошо. Доктор Ливси её обследовал — не привлекая внимания. Вы понимаете, что пока не окончился тот месяц, Марина не будет объявлять. Так положено.
Артём кивнул.
— Тогда зачем вы мне сказали?
— Ну, хотела посмотреть на вашу реакцию. Она мне понравилась. Я беспокоюсь, Ортем. Очень беспокоюсь за Марину. Нет, не за её здоровье. Что-то происходит с Лилией, и мне не нравится, что. Лилия пока не знает — Марина настояла. И вы не говорите никому, пожалуйста. Особенно ей.
— Понял. Что такого случилось, что вы сами приехали?
— Мы были с ней в библиотеке, Ортем. С Мариной. Повторили опыты. Я сама очень испугалась; если бы знала, как испугается Марина — даже и пробовать не стала бы. Я о самом главном скажу. Когда Марина без переводчика, ну, когда он выключен, и двери в ту комнату закрыты, она как будто забывает все языки. Кроме нашего родного, каталанского. Понимаете?
— Ясно, — мысли вновь помчались в разные стороны, Артём явственно ощутил, что взмок. Два человека, два переводчика и клетка Фарадея. — Скажите, переводчик должен быть включен, чтобы человека учить языку? Ну, как вас в школе учили?
— Выключен. Главное, чтобы он был. Тут важно повторять и слышать ровно то, что тебе говорят. Он всё равно запоминает, и что-то в мозг передаёт, даже если не переводит автоматом.
— Скажите, а вы сама можете научить её языкам? Ну, как в школе? Два человека, два переводчика и клетка.
Миранду как громом поразило.
— Точно-точно, — взяла она Артёма за руку. — Она что-то говорила, про свои ощущения, когда её учили тогда. Отличная мысль! Я обязательно проверю, как только вернусь. И ещё. Ортем, Лилия будет напрашиваться к вам. Вы поняли, о чём я?
Артём усмехнулся.
— Нечего усмехаться! Вы не любите сплетен, я знаю. Я сама не люблю. Что-то с ней опять случилось, что-то плохое. Она опять что-то выдумала, какую-то авантюру, и мне не нравится, что она старается постоянно быть рядом с Мариной.