Я, как добрый молодец, понимал, что должен был что-то сказать первым, но на ум как назло ничего не шло. И мы просто таращились друг на друга, словно набрав в рот воды.
Положение спасла… Муха! Сама обыкновенная навозная проказница, которая приняв меня не знаю уж за что, принялась кружиться вокруг моей головы, то и дело норовя усесться на лицо.
- Кыш, мерзкая птица! – замахал я на неё руками, но это не помогло.
С завидной настойчивостью она стремилась исполнить свою миссию, пока девица, замахнувшись, с одного удара не припечатала её прямо к моей щеке.
- Ой! – воскликнули мы одновременно, я - от боли, а девушка – от осознания того, насколько знатного леща она мне сейчас выписала.
- Спасибо! – бросил ей я, потирая раскрасневшуюся щеку, с явным намерением укорить её в этом.
Но девица, приняв мои слова за чистую монету, отшагнула назад и низко мне поклонилась.
- Пожалуйста! – её глаза просто засверкали от радости, а я понял, что в этом мире мне ещё тяжко придётся, в плане общения.
- Как звать-то тебя, спасительница моя?! – решил я больше не блистать сарказмом, а, наконец, познакомиться.
- Заряной батюшка нарёк, – опустив глаза до полу, представилась она. – А как тебя величать, добрый молодец?
- Даниэль, - гордо представился я. – Но все отчего-то зовут меня Данила.
- Данила, - произнесла моя прелестная собеседница, и от её улыбки у меня в груди будто разлилось солнце.
И только я хотел произнести что-то приятное в ответ, как дверь скрипнула, впустив в мою скромную опочивальню какую-то злобную старуху. Нет, о том, что она оказалась злобной, я узнал мгновением спустя. Потому как эта высохшая на солнце жердь, совершенно по-лягушачьи выпучив глаза, заметалась взглядом по траектории от меня до Заряны и обратно. А после подняла такой вой, что впору было бежать без оглядки, прихватив красну девицу с собой, чтобы та не оглохла.
- Княжна! Да где эта видано?! – она едва не задыхалась собственным возмущением. – Чтобы незамужняя девка, да одна, да какому-то оборвышу в опочивальню заходила!
Когда слова её иссякли, я искоса глянул на Заряну – та была скорее возмущена, чем напугана, и с силой поджимала пухлые губы.
- Фёкла, а тебя-то кто сюда звал?! – выдала она в ответ, опасно сводя тонкие тёмные брови к переносице. Надо сказать, девица и впрямь была хороша. В меру высокая, стройная, даже статная, словно лебёдушка. А уж светло-русая коса в руку толщиной, наверное, всем девкам была на зависть. И всё это прекрасно сочеталось с белой, без единой веснушки, кожей. – Али на старости лет на добрых молодцев потянуло?!
«Жердь», оторопев, ахнула и схватилась за сердце так, что я честно подумал, что её сейчас удар хватит. Но та, побагровев ещё больше, даже смогла удержаться на ногах.
- Я сейчас же расскажу всё князю-батюшке! – перешла Фёкла к угрозам, сотрясая воздух костлявым кулачком. – Уж он-то на тебя управу найдёт! А с тебя (её тонкий и кривой, как сухая веточка, палец, теперь указал на меня) и вовсе шкуру спустит!
Мне захотелось театрально закатить глаза, но тут я заметил, что Заряна меня уже опередила, и тогда я сдержался, решив действовать по-мужски.
- Послушайте, бабушка…
Но тут меня настиг очередной шквал возмущения изо рта этой истерички.
- Какая я тебе бабушка?! – её руки опасно упёрлись в худосочные бока, и эта конструкция двинулась в мою сторону. – Мне намедни всего полвека исполнилось!
И тогда я, не зная, что ещё сказать, ляпнул то, что первое пришло в голову:
- Поздравляю!
Заряна прыснула со смеху, а Фёкла, дойдя до той точки возмущения, когда терялся дар речи, принялась открывать и закрывать рот, словно рыба в пруду, но при этом не произнося ни звука. А после, поняв, что нас так просто не проймёшь, она выскочила обратно в дверь, с явным намерением, как и обещала, наябедничать князю.
Посмеявшись, до меня вдруг медленно, но верно начал доходить смысл слов этой нестабильной в эмоциональном плане женщины.
- Княжна, значит? – усмехнувшись, я обратился к Заряне, даже как-то немного расстроившись. – А я-то думал, что ты из простых…
- Подумаешь, - вернула мне усмешку княжна. – Вчера я вообще подумала, что ты – Водяной.
И мы вновь рассмеялись, словно знали друг друга всю жизнь. Но вскоре нас ждал неприятный сюрприз.